Лёгкий хруст под сапожком,
И по всей округе
Веселятся на земле холода
Да вьюги.
А с утра, как солнце встанет
И разбудит мама —
Ярким золотом взыграют
Купола у храма.
Вот и осень наступила,
Пожелтели листья,
А рябина порыжела,
Будто шкурка лисья.
Сильный ветер
Оборвал на рябине листья,
Но остались на ветвях
Красных ягод кисти.
Скоро зимушка-зима,
Снег на землю ляжет,
Прилетят к рябине птицы
И спасибо скажут.
Мороз пощипывает нос
И пальцы в рукавичках,
И прямо в форточку
Летит бедовая синичка.
Завихрило, замело
К садику дорожки,
И не знают, как пройти,
Маленькие ножки.
С крыш – капель,
Большая лужа прямо у ворот,
Сладко жмурится на солнце
Чей-то рыжий кот.
Наконец пробилась травка,
Тут и там – росток.
Снегу только у забора
Белый островок.
У берёзок распустились
Листики на ветках,
А у птичек появились
Маленькие детки.
Везде чириканье и пенье,
Сел мотылёк в цветок.
И носит юная принцесса
Из солнышек венок.
Жарко дома и в лесу.
Хорошо у речки!
Тянет в воду, ну и холод!
Замерло сердечко.
По солнечной тропиночке
Я посмотреть иду,
Как зреют груши, яблоки
У бабушки в саду.
Моет дождь кусты, деревья,
И повсюду видишь ты,
Как цветочки распустились —
Разноцветные зонты.
Листопад, листопад…
На прогулке детский сад.
Ловит жёлтые ладошки,
Те, что с клёнов вниз летят.
Снег с дождём,
И по окошку снова потекло.
Мы сидим под яркой люстрой,
И у нас тепло.
От огней сияет ёлка,
Дед Мороз сейчас придёт.
Мы подарки получаем
И встречаем Новый год!
V
. Николка
Ни бровей пока у нас,
Ни кудрей, ни чёлки.
Мы сосём, как леденец,
Погремушку-пчёлку.
Крутим лысой головёнкой.
До чего ж хорош мальчонка!
Посмотри, как мышка в норку,
Тащит в рот к себе Николка
Всё подряд: игрушки, книжку,
Ложку, кофточку, штанишки.
Улыбается, плутишка,
И вставляет в рот пустышку.
Тра-та-та, тра-та-та,
Мы везём с собой кота…
Не разнять усталых рук:
На коленях пляшет внук.
Колесо от пирамидки
Коля к уху приставляет,
Верно, думает – мобильник.
Или точно это знает.
Подкрепившись спозаранку,
Николай сосёт баранку.
Перепачкал всю мордашку,
Не узнать теперь бедняжку.
Коля в храме не робеет,
Подпевает как умеет.
Знает он сюда дорогу,
И летит молитва к Богу.
Ты мой зайка, ты мой крошка,
Потерпи совсем немножко,
Ну хотя бы до обеда.
Как поспишь, и я приеду.
Может так оно случиться —
Маме надо отлучиться.
Тут от слёз не будет толку,
Подождёт её Николка.
Я не знаю дядю этого,
Где-то ездил он по свету.
Новый год уже и ёлка,
Узнавай его, Николка!
Я ползу, ты видишь, папа,
Доберусь сейчас до шкапа,
Загляну под лапы ёлки.
Ты посмотришь – нет Николки!
Ах, какое это счастье!
Мы втроём идём к причастию.
Будет нам во всём подмога —
Приняли из чаши Бога.
В небе ясная звезда
Холодна и колка.
Эй, лошадка в бубенцах,
Ленты в длинной чёлке!
Скрип полозьев,
Позади церковки и ёлки,
Будто розы, расцвели
Щёки у Николки!
«Мне купили сандалеты,
Буду в них гулять по свету.
Свет пока не так велик,
Да мешает половик».
От дивана к книжным полкам
Путешествует Николка.
Утром бабушка к иконам
Колю поднесла с поклоном,
И иконы по порядку
Целовал младенец сладко.
Свет лампады, в блестке полка.
Может, молится Николка?
Вновь пришёл апрель, и вот:
Николаю минул год!
Он теперь не просто крошка,
Он большой и ходит ножками.
Улыбается прохожим,
И они Николке – тоже!
VI
. Упал на землю зрелый плод (миниатюры)
Не знает, кто такие нувориши,
И новых русских сроду не видал.
Но то, что у людей должна быть крыша,
Когда свой домик строил, точно знал.
1991 г.
Как дверь открыть? Оставили лишь щёлку.
За ней стрекочет кто-то без умолку.
Да, нужное ль? Пожалуй, им лишь знать.
А мне решать: открыть? не открывать?
Лежу. Читаю детектив.
И мыслей не буди моих.
Смотреть на вещи надо просто.
К чему стихи? Живи по ГОСТу.
У стужи кружев одолжив рисунок,
Распутываю нить.
Жизнь, я устала от твоих посулок,
Скажи, как дальше быть?
Идти, бежать, иль кое-как брести,
Иль кружева по-своему сплести?
1992 г.
Любовь прошла,
Утихли страсти.
Я Вас забыл. Прощайте.
«Здрасьте!»
Ночная бабочка
Отлакированный асфальт,
И дождь как из ведра.
И ты по скользкому пути
Походкой от бедра.
Небрежно этак отвела
Сырую прядь с лица,
Куда опять тебя ведёт
Дорога без конца…
1992 г.
То Петрушкино, то Петровское,
Солнце тусклое в облаках.
«Бар» – деревни пристыженной гордость.
Воздух дизельным смрадом пропах.
2005 г.
«Иду по жизни, как по бурелому.
И тут, и там – нигде прохода нет».
