Какую бы роль ни играл единственный ребенок, ему не с кем поделиться опытом, рассказать, что такое жить в нарциссической семье. Когда у вас есть братья или сестры, кто-нибудь из них, возможно, подтвердит, что семья действительно дисфункциональная, но вот когда вы единственный ребенок, то с одной стороны будут ваши слова, а с другой — слова нарцисса. Родитель-нарцисс может заниматься газлайтингом, утверждать, что вы говорите глупости и просто сходите с ума, а вам даже не с кем это будет обсудить. В большинстве случаев единственный ребенок просто накрепко усваивает, что родители всегда правы, а вот с ним что-то не так.

Еще единственные дети нарциссов рассказывают, что не могут вписаться ни в семейную, ни в любую другую обстановку.

Не имея возможности пообщаться с братьями и сестрами и проработать чувства, вызываемые жизнью в нарциссической семье, они могут страдать от одиночества и изоляции. Но иногда им везет: они находят любящего родственника, например бабушку, дедушку, тетю или дядю, который может подтвердить их семейный опыт.

66-летняя Марселла — успешная бизнесвумен, которая сумела найти свое место в жизни, хотя росла единственным ребенком нарциссичной матери-одиночки. На терапии она не только ищет себя, но и борется со своим одиночеством и чувством, что она никуда не вписывается.

Я многого достигла — создала свой бизнес, могу себя содержать финансово, — но у меня нет ни близких друзей, ни групп, к которым я принадлежу. Я словно вообще никуда не вписываюсь. У меня есть коллеги, дети, внуки, клиенты, но хорошим приятелем я не могу назвать никого. Наверное, я просто не знаю, как дружить. Мне так одиноко. Такое чувство, что я до сих пор маленькая девочка, у меня есть мама, но как будто не совсем. Она не могла эмоционально настроиться на меня, не интересовалась моими занятиями и чувствами. Для нее существовала только она, и, наверное, я научилась просто не проявлять уязвимости и не рассказывать о себе и о том, что для меня важно.

50-летний Эктор, единственный ребенок, до сих пор не может разобраться с неоднозначными сигналами от матери-потакательницы и отца-нарцисса.

Иногда я звезда семьи, а иногда папа критикует и осуждает меня за все. А порой родители настолько «отключаются», что вообще не помнят, что происходит в моей жизни. Мне пришлось понять, что все сигналы, которые я от них получаю, — просто проекции того, что они сейчас чувствуют или переживают, и со мной они на самом деле вообще никак не связаны. Но что это за связь? Они меня даже не знают.

Какую бы роль вы ни играли в нарциссической семье (как один из детей или единственный ребенок) и какие бы проблемы у вас ни проявлялись в отношениях с братьями и сестрами, у вас всегда есть варианты для терапии, и мы рассмотрим их в части III.

Большинство детей из нарциссических семей приходят на терапию, чтобы справиться с травмами, которые нанесли родители. Они работают по пятиэтапной программе (вы найдете ее в части III), и, проработав проблемы, связанные с родителями, многие из них снова проходят те же этапы, разбираясь в отношениях с братьями и сестрами. Поняв динамику нарциссической семейной системы, вы откроете для себя дверь к последующему исцелению, и, возможно, вам представится шанс улучшить отношения с братьями и сестрами.

Идем дальше…

Часть I подошла к концу. Вы узнали о динамике нарциссической семейной системы: правилах, ролях, искаженном общении. Теперь мы готовы перейти к части II и обсудить, как воспитание в нарциссической семье повлияло на вас и ваше душевное здоровье.

Я подхожу к этой книге так же, как к сеансам терапии с клиентом. Сначала мы разбираемся в вашем прошлом и семейной истории, затем смотрим, как она повлияла именно на вас и ваше здоровье, и, наконец, встаем на путь к исцелению.

Прежде чем продолжить, предлагаю вам заполнить следующую анкету, которая, возможно, прояснит некоторые из ваших проблем.

Перейти на страницу:

Похожие книги