Большую часть двери кабинета мисс Элсвезер занимали две панели из матового стекла. Их разделяла табличка с напечатанной на ней надписью «Наблюдатель за исследованиями литературы». В кабинете чайник на дровяной горелке издавал тонкий свист. Пар валил в полуоткрытое окно.
Она махнула рукой, указывая мне на золотое кресло с жесткой спинкой, которое знавало лучшие времена еще в прошлом веке, и принялась наливать воду в заварочный чайник из белого фарфора.
– Итак, – начала она, сунув мне в руку блюдце. – Ты из-за визита к Прядильщице выглядишь так, будто Смерть тебя разжевала и выплюнула? Или дело в чем-то еще, Пенни?
Чай выплеснулся в блюдце. От удивления я села прямо.
– Просто я не выспалась.
Она приподняла бровь.
– Помощь рядом, но тебе самой решать, просить ли о ней.
– Я… Спасибо?
Я старалась не показывать своего замешательства. Мне всегда нравилась мисс Элсвезер, но я внезапно поняла, что не знаю, стоит ли ей доверять.
– Элла была ценным активом для библиотеки.
Я сделала глоток чая, и он обжег мне горло до самого желудка. Меня взбесило, что она говорила так, будто Элла пропала навсегда. Даже у матери пропала надежда. Но Элла по-прежнему была привязана к своему кристаллу – это я проверила за завтраком, а потом еще и в обед. Линия жизни Эллы потускнела и истончилась, но никуда не делась.
Мне нужна помощь, и мисс Элсвезер никогда меня не подводила. Я сделала вдох, подумала еще немного, а затем сказала:
– Я нашла ее.
Мисс Элсвезер пристально посмотрела на меня поверх своих очков-половинок. Казалось, она ничуть не удивлена.
– Ты туда ходила.
Я уставилась на свой чай.
– И мне нужно пойти еще раз, но из-за бабушки теперь это невозможно.
Мисс Элсвезер выдвинула ящик, порылась в нем и прижала ладонь к столу.
– Допивай чай и возвращайся к работе. – Она провела рукой по дереву, и что-то царапнуло столешницу.
– Оставь себе ключ от библиотеки. Элла что-то искала, Пенни. Если тебе удастся это найти, дай мне знать. Призови тьму.
У меня расширились глаза. Прошлым вечером в чулане дворцовая стражница сказала то же самое.
Мисс Элсвезер заговорщицки улыбнулась мне и ушла, взмахнув юбками из лавандового и серого хлопка. На столе, там, где она провела ладонью, лежал свернутый в трубку клочок пергамента.
Задумавшись, я допила оставшийся чай, пока он не остыл. Терпеть не могу холодный чай. Затем я развернула пергамент, и на блюдце зазвенел серебряный флакончик. Он был теплым на ощупь, с металлической крышкой вместо пробки, которыми бабушка обычно закрывала флаконы. На его основании тончайшими, изящными потускневшими линиями была выгравирована роза. Флакон я положила в тот же карман, где лежал ключ. На пергаменте была схематически изображена карта библиотеки. Место, на котором я сидела в кабинете мисс Элсвезер, было отмечено крестиком. За ним, на месте стены, была нарисована лестница, ведущая глубоко под землю.
Посреди маленькой комнатки у подножия лестницы было написано: «Сожги меня». Я задумалась, что она имела в виду: записку или меня саму?
За ужином каждая вилка риса застревала у меня в горле. С обеда кристалл Эллы выцвел, а ее линия жизни мало чем отличалась от потрепанной нити. Она уходила все дальше. Если я не найду ее сегодня, она пропадет навсегда.
Если бы был хоть малейший шанс на то, что бабушке удалось бы вернуть Эллу домой, я рассказала бы ей все, не боясь последствий. Но она бы этого не сделала. Огонь, горевший в сердцах ведьм моего ковена, давно угас. Я силилась разглядеть в женщине, сидящей под радугой наших кристаллов, Терновую королеву моего детства, которая правила всеми ковенами Восточного побережья. В те времена она была великолепна. Она восседала на терновом троне со сверкавшей на огненно-рыжих волосах обсидиановой короной. А теперь она пытается удержаться за власть, которой ее наделил Смотритель.
Лучшее, что я могу сделать, – отыскать помещение, отмеченное на карте мисс Элсвезер, и молиться, чтобы флакон, который лежал у меня в кармане, отправил меня прямиком в Смерть.
Костер в Терновом крыле был единственным одобренным в Коллиджерейте способом пересекать завесу. Однако были и другие способы сгореть: яды, выжигающие тело изнутри, и зелья, от которых в венах загоралась кровь. Надеюсь, мисс Элсвезер дала именно то, что мне было нужно.
Потому что в другое место, где я еще могла бы сгореть, мне не попасть. Это вечное пламя в яме посреди казармы Золоченых.
Я вышла из столовой последней. Мать, проходя мимо, погладила меня по плечу и легко поцеловала в волосы.
– Ложись пораньше. Если зачитаешься допоздна и не уснешь, Элле это не поможет. Ты выглядишь измученной.
Я выдавила из себя улыбку и пожелала матери спокойной ночи. Прозвучало это так, словно я прощалась навсегда. Но мать была слишком рассеянна, чтобы это заметить.
– Люблю тебя, – произнесла она, не отрывая глаз от витрины с кристаллами. Было непонятно, кому она это сказала – Элле или мне.
– А я люблю тебя, – прошептала я, когда за ней закрылась дверь.
