Тем временем парень пристегнул мои руки и ноги к устройству у глухой стены. Два длинных бруска приколочены к стене в форме буквы «Х». Это своеобразный жертвенник, я полагаю. Возможно, я тут не первая, но надеюсь, что последняя. Даже думать не желаю, что со мной может случиться. Опасность реальная - здесь и сейчас. Голова затуманилась, а к горлу подступила тошнота. Этих людей ничто не остановит. Богатые извращенцы. У них есть всё, кроме времени, а оно неумолимо уходит. Они понимают, что всё закончится когда-нибудь, и теперь пытаются продлить своё жалкое существование. Беднота не заморачивается по поводу бессмертия, потому что заняты другим - борьбой за место под солнцем. А вот богатым, есть что терять, вот они и безумствуют.
Ах, Даниил, вот о ком ты говорил, вот кого обвинял в бесполезности существования, а я заступалась за человечество, в свою очередь, обвиняя мирян в жестокости. Разве эти люди не заслуживают исчезновения? Их время может принести столько пользы, если его отдать учёным, или больным детям, или достойным политикам.
-Как зовут тебя, бедолага? - спросила я у парня, который старательно пристёгивал меня к перекладине. - Лучше бы тебе теперь забрать свою подружку и бежать куда подальше, - посоветовала я. - Скоро здесь будет жарко.
-Не сомневаюсь, - бросил мне парень, улыбнулся вполне добродушно, взял за руку свою подружку и они вместе вернулись к остальным.
-Будет немножко больно, - поморщившись, предупредила подоспевшая ко мне Кристина. В её правой руке сверкнул изящный клинок, а в её левой руке я заметила бокал. Вот для чего надето это платье. Они предвидели такой исход дела и мой отказ сотрудничать с ними. - Нам нужно немножко крови, - проворковала Кристина.
Собрав всё своё самообладание, я позволила Кристине сделать надрез на запястье моей правой руки. А чтобы изменилось, если бы стала сопротивляться? Надеюсь, она не вскроет мне вены, и я не истеку кровью в ожидании чудесного спасения.
Кристина подставила бокал под струйку крови, а потом вернулась к столу. Стас взял бокал и добавил в мою кровь вино. Никогда не думала, что вот так буду спокойно наблюдать, как манипулируют моею кровью.
-Если можно, перевяжите рану, - попросила я. Кровь струится по руке и стекает на пол. Крупные капли у моих ног, жуткое зрелище. - Глеб, - обратилась я к писателю, который так и стоит у окна: он ни разу даже не взглянул в мою сторону. Но всё же на мой зов, он откликнулся, виновато потупив взгляд, вынул платок из нагрудного кармана и, подойдя ко мне, перевязал мне запястье.
-Беги, - шепнула я Глебу. - Пока не поздно, уходи, пожалуйста. Они не позволят вам.
Так и не взглянув на меня, Глеб присоединился к остальным. Что ж, я предупредила его.
Собравшись вокруг стола мои мучители, взявшись за руки стали произносить нечленораздельные звуки. Помню, как-то я пыталась вызвать Даниила, произнося нелепые фразы, найденные в интернете. Тогда Даниил пришёл ко мне, но лишь потому, что между нами существует незримая связь - он почувствовал меня, а моё бормотание не имело значения. Кого надеются вызвать эти люди, я не знаю. Это так глупо. А мне больно. Пора бы уже Даниилу прийти ко мне на выручку. Рука онемела.
По завершению заклинания, каждый пригубил вино, смешанное с моей кровью. Без сомнений верховодит над всеми Стас - он предводитель «разочарованных». Другие ему прислуживают, включая и Глеба. Я не осуждаю писателя - он попал в нехорошую компанию и сам не понимает, что творит. Всё это выглядело бы забавно, если бы теперь моя жизнь не висела на волоске. Что если Даниил не найдёт меня? Я крепко привязана ремнями к деревянной конструкции и, освободиться самостоятельно, у меня нет никакой возможности.
Пока я не понимаю своей доли участия в этом идиотизме. Могли бы попросить мою кровь, и я бы позволила взять её без этого жуткого церемониала. Они надеются с помощью моей крови развернуть время? Бред какой. А, кровь из пореза всё ещё сочится и капает на пол, уже небольшая лужица образовалась, и если ничего не предпринять, то я в скором времени умру от потери крови. Я понятия не имею, сколько будет длиться этот ритуал.
О чём только Глеб думает? Всё равно всё откроется. Даниил найдёт меня живую или мёртвую и тогда...
Но ведь я уже пострадаю. Какая разница будут наказаны мои мучители или нет. Я не узнаю об этом. Чёрт, как неприятно.
С каждой минутой вера в чудесное спасение тает, словно снежинки на ладошке. С чего я решила, что Даниил всегда чувствует меня? Раньше он следил за мной, а теперь...
Нет, он не придёт. Больше никогда не придёт. И не узнает, что меня больше нет среди живых. Наверное, я окажусь в бездне, после того, как кровь вся вытечет из меня.
