С другой стороны забора поднимается Петр, помогает подняться отцу. Отец стряхивает пыль с одежды, Петр ругается и с треском материи вырывает застрявий в штанах арбалетный болт. Крови нет, но он хромает.
Опускается летающая машина. Петр бросается к ней, открывает все дверцы, опускает спинки сидений. Потом они с Мухтаром заносят в машину хозяина, в заднюю дверцу. Марта им помогает. Все трое садятся в машину и улетают.
— Господин Стас, что делать бестолковой рабыне? — скулю я.
— Охраняй Владыку. Вместе с Линдой.
Откуда-то сверху опускается байк Линды и зависает рядом со мной.
— Садись, — приказывает Линда. Перелезаю с забора на байк. Линда резко дергает машину и приземляется рядом со стражниками, окружившими отца.
— Владыка, твой скакун убит. Садись за моей спиной. Мне приказано доставить тебя домой.
— Раз приказано, — усмехается отец. — Такую девушку нельзя подводить.
Я соскакиваю с байка, уступая папе место, склоняюсь в поклоне, положив ладошки на плечи. Но резкий окрик прерывает.
— Миу, прикрой Владыке спину. Быстро!
Кое-как размещаюсь на кончике сиденья, охватываю отца за талию и оглядываюсь. Стражники уже стаскивают трупы в одно место и укладывают в ряд вдоль забора.
— Готовы? Полетели! — байк вертикально идет вверх. Так быстро, что закладывает уши.
— Триста метров. Теперь ни одна стрела не достанет, — кричит Линда и посылает машину вперед. Кажется, несколько вздохов — и мы уже снижаемся у ступеней парадного входа Дворца. Стражники берут на караул. Здесь, во Дворце еще не знают о бойне на городской улице.
— Владыка, прости, но мой римм тяжело ранен, я должна быть рядом с ним.
— Если так — поторопись.
— Миу, ты остаешься или летишь со мной?
— Если хозяин ранен, место рабыни у его ложа, — жалобно смотрю на отца.
— Правильно, дочь, — тихо говорит он, чтоб не услышали слуги. — Лети к нему.
Взлетаем, летим очень быстро. Линда ругается нехорошими словами, что генератор греется, что грохнемся посреди пустыни, но скорость не снижает.
Садимся у крыльца, бежим к страшной комнате. У двери топчется Петр.
— Линда, под душ, белый халат и туда, — приказывает он. — Миу, отдыхай.
И садится на корточки, спиной к стене. Сажусь рядом.
— Хозяин сильно ранен?
— Стрела вошла в рукав бронежилета, порвала в клочья трицепс, пробила ребра, верхушку легкого и опять пробила ребра. Хорошо, что второе легкое не задето, а то бы не довезли. Но правое легкое он может потерять. А пока клон выращивают, пока подсаживают… Опять же, правая рука… В общем, нескоро он сможет в баскетбол играть.
Я поняла только одно. Хозяин жить будет, но досталось ему сильно. Он получил стрелу, предназначенную моему папе. Спас уже второй раз. А я была рядом — и даже не догадалась прикрыть папу своим телом. Мухтар и Петр догадались, а я — нет.
Врачевали хозяина долго. Три или четыре стражи. Я вся извелась, а Петр сидел как скала. Только один раз предложил мне сходить перекусить. Наконец, дверь открылась и вышла Марта. За ней — Стас и Мухтар.
— Как он? — спросил Петр.
— Живой. Будет жить. Можете взглянуть, но близко не подходите и ничего не трогайте.
— Сейчас отдохнем, а через два часа — разбор полетов, предупредил Стас.
Я вслед за Петром вошла в страшную комнату. Половина была отгорожена голубой полупрозрачной занавеской. Там на кровати лежал хозяин, а рядом в кресле сидела Линда с планшеткой на коленях. Лицо хозяина закрывала маска, от которой отходили два толстых белых шланга. Линда криво улыбнулась мне и подмигнула. Я хотела подойти к ней, но Петр удержал, не дал пройти за занавеску.
— Марта сказала: «жить будет». Так что идем, покушаем. — и вывел меня из страшной комнаты.
Разбор полетов проходил в аналитическом центре. Чтоб Линда тоже могла видеть и слышать, Мухтар поставил рядом с ней большой экран.
— Начнем с главного, — начал Стас. Владыка жив, и мы все живы. А теперь — разбор ошибок. Основная. Кто у нас был за главного?
— Разве не Влад? — удивился Мухтар.
— Влад еще не отошел от удара по мозгам. Марта запретила ему напрягать извилины.
— Ты в доме. Выходит, я. Но я об этом не знал, — сознался Мухтар.
— Я тоже только сейчас осознал. Мы пустили дело на самотек, и в этом корень всех ошибок. Ошибка первая — на жилетах не было видеокамер. Если б не Миу, я не смог бы построить ИПБ. Ошибка вторая — огнестрелы не были объединены в сеть. Я перед боем успел подключить к сети только стволы Влада и Марты. Влад вышел из игры первым. Цели я указывал в режиме реального времени. Потом, в ходе боя подключил ствол Линды. И уже после боя — ствол Петра. То, что не открыл заранее информационное поле боя — это целиком моя ошибка. Теперь — ваши. Один ствол остался на поле боя. Я даже не могу его запеленговать. Видно, кто-то из местных прибрал к рукам. Магазин в нем пустой, но все же…
— Если речь об огнестреле Марты, то я сунула его в бардачок байка, — подает голос с экрана Линда.
— Понятно. Корпус байка железный, экранирует. Спасибо, Линда. Вопрос снят. Следующая ошибка — не взяли боеприпасы.
— Как не взяли? Я лично в багажник грузил, — удивляется Петр.
