Этот мой джаз полностью

Как и на пластинках «Джаз-65», всего одна композиция не имеет русско-советского происхождения. Это «When the Saints Go Marching In» в исполнении Диксиленда Мелконова (с вокалом Геннадия Бондарева). Кстати, любопытно, что двум московским ансамблям традиционного джаза на пластинках принадлежат по две композиции. Что ж, вкус тех, кто определял состав записей на пластинках, свидетельствует о симпатии к джазовой традиции! Что касается двух альбомов «Джаз-68», бóльшую степень идеологической стерильности репертуара представить невозможно. С другой стороны, ладовость народных песен и мелодически-гармонический строй произведений советских композиторов, выходящий часто за рамки привычных джазовых стандартов, в значительной степени расширили традиционные границы джазовой стилистики. Это пошло на пользу московскому джазу. И в этом несомненная заслуга всех фестивалей, проведенных в течение 1965-1968 г.г. Кроме того, как пишет Константин Волков (в сборнике «Российский джаз», том 1) о «легендарных ныне фестивалях 1965-68 годов»: «…Эти фестивали стали основой массового представления о звучании советского джаза 60-х, так как именно по результатам этих четырех фестивалей были выпущены огромными тиражами долгоиграющие пластинки с записями лучших отечественных коллективов».

Немного статистики. Очевидно, что в своей совокупности все ансамбли и их участники, выступившие на московских фестивалях 1965-68 г.г., были лучшими на то время исполнителями, независимо от их стилистических привязанностей. Конечно, среди них были уже сложившиеся мастера, лидеры московского джаза, имя которых было известно и за пределами столицы. Но практически все считали своим долгом принять участие в этих праздниках джаза. Во всех четырех фестивалях участвовали составы Владислава Грачева, Игоря Бриля, Алексея Зубова, Евгения Геворгяна, Алексея Козлова, Вадима Сакуна, Владимира Кулля. Если считать достоверными имеющиеся данные о программе «Джаз-68», то следующие музыканты, не являющиеся лидерами составов или не всегда бывшие ими, выступали на всех фестивалях (порядок произвольный): Алексей Кузнецов, Виталий Клейнот, Михаил Царев, Алексей Исплатовский, Владимир Смоляницкий, Владимир Журавский, Валерий Буланов, Константин Бахолдин, Вольдемар Лакреев. К этому списку могут быть добавлены имена Георгия Гараняна, Николая Громина, Адольфа Сатановского и Александра Гореткина, если они участвовали в концертах фестиваля 1968 г. Во всех случаях надеюсь, что найдутся дотошные «хранители древностей», которые помогут восстановить недостающие факты и имена и внести при необходимости уточнения в мой перечень.

Пробежав галопом по немногочисленным свидетельствам о знаменательных событиях в джазовой жизни Москвы за четыре года, можно с уверенностью говорить о том, что московский джаз, повзрослев, вышел на новый, высокий профессиональный уровень. Если при этом учесть успех московских ансамблей, выступивших за пределами страны, а также на «настоящем международном» фестивале в Таллине, и отзывы самых высоких авторитетов об отдельных музыкантах и составах, то нет сомнений, что пора ученичества прошла, и московский (советский!) джаз вышел, как минимум, на серьезный европейский уровень. В этом несомненна роль четырехлетия, в течение которого регулярно проводились достаточно представительные джаз-фестивали. Этот период, так же, как период 1960-1964 г.г. «джаза в молодежных кафе», имеет четко очерченные временные рамки «джаза на московских фестивалях шестидесятых». Таким образом, десятилетие от конца 50-х до конца 60-х годов, которое было отмечено в начале заметок как «десятилетие, которое сыграло воистину революционную роль в истории советского джаза» (цитирую себя), достаточно четко включает в себя два упомянутых «подэтапа»: «кафейной юности» и «фестивальной зрелости».