Мысль о Вейдере внезапно отрезвила ее, и Ирис поспешно прекратила забор крови, пожалуй, слишком быстро, словно великий ситх и на самом деле уже стоял за дверями. Нервными трясущимися пальцами завинтила крышечку и закрыла герметичный клапан, и опустила контейнер в заранее приготовленный для переноски холодильник.
— Да где ты там, черт тебя дери! — раздраженно прикрикнула она на невидимого дроида, о присутствии которого говорили лишь звуки какой-то возни в соседнем помещении. Люк все бледнел; теперь, когда дело было сделано, и спало обычное для ее работы сосредоточение и оцепенение, лишающее ее всяких чувств, ей стало страшно. Ужас накатил на нее внезапно, она словно маньяк-убийца, пришедший в себя после приступа безумия, обнаруживший в своих окровавленных руках нож, поняла, что совершила необратимое, и ее жертва указывает на нее, на ее вину.
— О господи, — прошептала она. — Во что я вляпалась…
А если и в самом деле Вейдер сейчас явится?! Если он застанет ее рядом с мертвым сыном — да если даже ей удастся ускользнуть, разве это проблема для ситха — найти виновного?!
Прикатил дроид с затребованным ею набром, и Ирис поспешно вскрыла набор, ругая про себя Люка, который оказался куда хлипче своего отца.
— Маленький дохляк, — рычала она сквозь зубы, присоединяя плазму к катетеру в вене Люка. — Пустяковая царапина, а он уже собрался подохнуть!
Ирис применила все свое умение, все свои знания, мастерски дозируя препараты, чтобы привести Люка в чувство, и скоро лицо молодого человека порозовело, он глубоко вздохнул, словно бы пробуждаясь ото сна, и веки его затрепетали.
— Мастер Люк! — холодным, громким голосом проговорила Ирис, похлопывая Люка по щекам. — Мастер Люк, откройте глаза. Слушайте меня! Не спать, не спать!
Черт, насколько ж с Вейдером легче работать! Он не ищет приятного забытья!
— Приходите в себя, мастер Люк, — заметив, как ресницы Люка дрогнули, и чуть приподнялись, Ирис смягчилась, и отступила на шаг от пациента. Только теперь она заметила, как дрожат ее руки, и что ее пальцы, которыми она сжимала, тискала его одежду, сведены судорогой. — Ну и напугали же вы меня.
Люк вздохнул еще раз глубоко, полной грудью, и чуть приткрыл глаза.
— Что со мной? — произнес он. — Кажется, мое ранение не так уж опасно…
— Совершенно верно, — поспешно произнесла Ирис, заботливо склоняясь над молодым человеком. — Но вы потеряли много крови, поэтому такая слабость. Думаю, вы уже вне опасности.
Люк с восторгом уставился в миловидное личико докторши, склонившейся над ним, и на его бледных губах расцвела улыбка.
— Вы спасли мне жизнь, — сказал он, и в голосе его послышалась благодарность. Он наблюдал за действиями женщины с нескрываемым восторгом, с той откровенностью, какая была присуща его нраву, и щеки Ирис покрыл нежный румянец.
— Вы приеувеличиваете, мастер Люк, — поризнесла она, пряча глаза.
— Нисколько, — горячо ответил он. — Я уже видел сияющую Силу и слышал речь магистра Йоды, который говорил… он говорил…
Люк вдруг сморщился и мучительно потер лоб рукой.
Магистр Йода, постукивая суковтой палкой, был там.
Он появился из липкого тумана, из ядовитых испарений старого болота, от которых волосы намокают, становясь сальными прядями, одежда прилипает к телу и майки превращаются в жесткие путы, когда их пытаешься надеть.
«Ситхов бойся, мой падаван,» — произнес Йода, и его мертвые глаза смотрели тускло и страшно.
Ситхов, ситхов, ситхов, набатом звучало в голове Люка.
Но отец тоже ситх. Он не снял темного капюшона с лица; его тоже надо бояться?
Люк ощутил раздражение, даже злость. Если бы рядом был Вейдер, он непременно бы узнал это свербящее чувство досады и раздражения.
Старый мелкий дурак, выживший из ума.
Йода давно уже не видел простых смертных, и не слышал людей. Сила наделила его даром предвидения, и он читал в сердцах людей так же просто и ясно, как если б люди сами говорили ему о своих сомнениях и тревогах.
Поэтому и на их вопросы Йода никогда не отвечал. Ответ проносился в его душе, в его мозгу, в его воображении, мгновенно, как тающая искра над костром. Но Йода был уверен, что человек его услышал и все понял.
Он действительно не понимал, что на самом деле говорит сам с собою.
Старый, выживший их ума уродец…
Люк тряхнул головой, избавляясь от мыслей — кого? Отца или от своих собственных? — и еще раз вдохнул глубоко, возвращая себе покой.
— Забудьте, — великодушно произнесла Ирис, — встреча с Силой вам пока не грозит.
***************
Теперь, когда опасность отступила, Ирис могла вздохнуть свободно — и в мозгу ее тотчас возникла давно терзающая ее мысль.
— Вы позволите?
Она улыбнулась Люку как можно более обольстительнее, вложив в свою улыбку все свое умение нравиться мужчинам.
Люк расцвел в ответ, доверчиво хлопая глазами, а Ирис, подхватив испачканную его кровью салфетку, торопливо скользнула к анализатору.
— Всегда было интересно, — прощебетала она, как беспечная птичка, подкручивая рычажки настроек и размещая анализируемый материал в приемнике, — как выглядят показатели джедая. Сила… о, это так необычно!
