Но самые горячие баталии разгорались вокруг наших детей. Балтазар, в конце концов смирившийся с тем, что я не желаю да и юридически не имею права быть его наследницей, приняв родовое имя Алт’Норан, требовал, чтобы внучка Ангелина после совершеннолетия приняла статус наследной принцессы его клана и уже сейчас обручилась с молодым львом из знатного семейства.
Здесь уже свои пять копеек вставляла я: династические браки при моем земном воспитании казались абсурдными и неприемлемыми. А как же любовь?
Нельзя лишать девочку свободы выбора! Вот вырастет, влюбится и сама решит, за кого замуж выходить. В своем решении я была непреклонна и мужчины затаились до поры до времени.
Но я чувствовала, что за моей спиной они продолжают свои дебаты, чисто по-мужски решая судьбу нашего ребенка.
Была еще одна проблема, о которой предпочитали помалкивать оборотни обоих кланов. Об этом мне по секрету рассказал Лориан, когда дети были еще совсем маленькими.
– Ева, ты должна быть готова к тому, что, когда придет время первого оборота, у Ангелины может оказаться львиная сущность. Не забывай, что в тебе течет кровь Балтазара наравне с магической кровью Норель.
– Но как же так… они же с Георгием близнецы… - известие оказалось настолько ошеломительным для моего ослабленного тяжелыми родами организма, что я едва не грохнулась в обморок.
– Видишь ли, в пророчестве шла речь об одном наследнике снежных барсов, а ты умудрилась родить двоих прекрасных детей и нарушила ход Колеса Судьбы.
– Но может быть это не я, а какие-нибудь ваши хитроумные боги так подшутили над нами…Знаю я двоих… те еще шутники!
– Но я бы хотел, чтобы ты знала… хотя Балтазар и просил меня молчать.
– А Габриэль знает?
Лориан пожал плечами, хотел что-то сказать, но тут слуги принесли подносы с напитками и закусками и вопрос остался открытым. Больше к этой теме маг не возвращался, но зато я замучила вопросами мужа, и он признался, что теоретически такое может случиться, хотя подобные случаи ни в одной древней книге не описаны - он, оказывается, уже проверял.
Что ж, «кто мы такие, чтобы спорить с богами?», как сказала героиня из какого-то дурацкого фильма.
***
Почувствовав мой взгляд, Габриэль оглянулся, сделал несколько упругих шагов и, подхватив на руки, вошел в теплую ласковую воду изумрудного моря.
Я так и не успела сбросить легкий пляжный халатик, и тонкая ткань тут же стала прозрачной и облепила тело. Хорошо, что под ним был крохотный купальник-бикини из старых земных запасов, в котором при гостях я как-то стеснялась разгуливать.
Муж смотрел на меня таким влюбленным, голодным взглядом, как будто не было между нами этих шести лет, наполненных безумной страстью.
И так было всегда, стоило лишь встретиться взглядом или прикоснуться друг к другу. В такие мгновения казалось, что наши тела живут своей собственной жизнью, отметая правила приличия, и мы начинали судорожно искать потаенный уголок, чтобы прижаться друг другу и утонуть в жарких нетерпеливых поцелуях. А ночи… ночи были похожи то на ураган, морской шторм или извержение вулкана, то на томительное парение на воздушных волнах нежности…
Габриэль ласково накрыл губами метку на моей груди, и я в ответ приложила ладонь к его сердцу, где нервно пульсировал точно такой же знак.
Не обращая внимания на гостей, я обхватила мужа на шею, запуталась пальцами в серебристых волосах и слизнула соленую капельку с любимого лица. Тело Габриэля ощутимо напряглось и он шепнул хрипловатым голосом: «Моя!».
– Фу, опять они целуются! – прозвучал совсем рядом недовольный голосок сына.
Дети, держась за руки, стояли по пояс в воде и ждали, пока на них обратят внимание эти несносные родители. Георгий был заметно недоволен увиденным, а Ангелина зачарованно не сводила с нас глаз.
Боже, какие же они все у меня красивые и любимые! Габриэль рассмеялся и отпустил меня, покрасневшую и взволнованную, а сам, скрывая собственное возбуждение, нырнул и поплыл, разрезая воду мощными гребками.
Пока дети плескались в воде у самого берега, я блаженно раскинулась на горячем песке, позволяя ласковому солнцу слегка подсушить влажное тело. По ясному пронзительно голубому небу плыли бело-розовые облака, навевая покой и легкую дрему.
– Ева, милая, проснись! – услышала тихий голос мужа и буквально оглохла от наступившей тишины.
Не слышно было ни разговоров моих гостей, ни щебета птиц, ни ритмичного шороха набегающих волн… Мы с мужем взялись за руки и неотрывно смотрели на медленно приближающийся силуэт могучего зверя, беззвучно ступающего по самой кромке воды. Священный Ирбис все-таки явился во всем своем великолепии!
Подойдя к застывшим в немом восторге детям, главный бог клана Снежных Барсов как-то мелодично рыкнул, одобрительно кивнул своей гигантской лохматой головой и… исчез.
А там, где мгновение назад в песке играли вихрастый мальчик и изящная рыженькая девочка, смешно сидели на толстеньких задиках пятнистый барсик и смешная крошечная львица с красным бантиком, зацепившимся за пушистое ушко.
Конец
