Собрав волю в кулак, направилась прямиком в свою спальню, где меня ждала мама. По дороге постаралась затеряться в расходившейся после танца толпе, чтобы ускользнуть из поля зрения мужа. Когда до выхода из тронного зала осталась пара шагов, в голове прозвучал игривый голос Шея:
Проигнорировала. Прибавила ходу.
–
Теперь он кричал. Псих недоделанный! Так и до мигрени недалеко!
–
–
–
Шей не ответил. Странно…
Я сделала медленный вдох, стараясь не думать о том, что все может пойти не так, а также почему муж вдруг замолчал, и свернула на лестничный пролет.
Ступени, выложенные отшлифованным вулканическим камнем, мерцали, отражая алое пламя настенных факелов. Огонь потрескивал, урывками отбрасывая мелкие искры, и этот треск перекликался с энергичным стуком моих каблучков.
Главное – не поскользнуться на сверкающе-гладкой поверхности (прислуге надо медаль вручить за усердие!) и не споткнуться о кружева платья, в которое я крепко вцепилась всеми пальцами, приподняв подол длинной юбки и прижав его к себе.
Так, вроде бы сюда. Завернула за угол и шагнула на пестрый ковер, тянувшийся вдоль мраморных стен широкого коридора.
В этом замке все помещения идентичные, да и освоиться еще не успела, поэтому переключилась на демоническое зрение и в самом конце заметила портрет императора с сыновьями. Он стал моим маяком. Отлично, этаж верный, теперь седьмая дверь справа.
Перешла на бег, но тут же сбавила темп, услышав чьи-то шаги сзади. Может быть, прислуга, а может быть, и нет. Нельзя подавать виду. Выпустила подол юбки из рук и, разгладив складки, вальяжной походкой продолжила движение вперед.
Когда добралась до массивной кованой двери с витиеватым орнаментом, огляделась по сторонам, убедилась, что меня никто не преследует, и постучала. Именно так, как мы договорились с мамой.
Несколько секунд ожидания показались мне вечностью, но дверь все же тихо приоткрылась. Из щели донесся родной голос:
– Евора, это ты?
– Да, мамочка.
Она тут же впустила меня внутрь и плотно заперла дверь, наложив на нее заклинание: с ее тонких пальцев слетела золотая пыльца, мгновенно впитавшись в замочную скважину.
– Где тебя носит? Я уже заждалась! – с укором сказала мама, развернувшись и театрально надув губы.
Привычным жестом руки она откинула назад шикарные вьющиеся волосы нежного розового цвета и приподняла подбородок, сверкнув выразительными золотыми глазами.
Все говорят, мы с ней похожи как две капли воды. Но я обычно молчу, когда слышу такое, ведь понимаю, что внешне мы словно близняшки, но внутренне – абсолютно разные.
Она счастлива быть той, кем является.
Ее устраивают нынешние порядки. Ей никогда не приходило в голову разорвать любовные чары, связывающие ее и отца, и нарушить древний закон.
А я – другая.
Я хочу сама выбирать, кого любить. Я хочу свободы.
– Шей не отпускал, извини, – робко ответила под тяжестью ее осуждающего взгляда.
Она всегда такая строгая – что со мной, что с отцом.
Железная леди.
Я вообще удивилась, когда она предложила свою помощь, узнав от меня об идее побега (точнее, хитро выудив, как шпион!). А сейчас я даже не представляю, как бы смогла осуществить свой план без нее.
– Все готово, – спокойно доложила она, кивком указав на лакированный кофейный столик, окруженный роскошной антикварной мебелью в светлых тонах.
Шей упоминал, что эту спальню переделывали самые талантливые дизайнеры прямо перед свадьбой.
Для нас.
Я почувствовала легкий укол в сердце. Неужели я сожалею о принятом решении? Неужели все-таки хочу остаться здесь?..
Нет, ни в коем случае! Жалостью к мужу меня не остановить!
Утвердительно кивнула, сжав кулаки и наблюдая, как мама пересекла комнату изящной походкой от бедра. Именно той, которой стала обучать меня, как только мне стукнуло десять!
Да и не только походке, а приемам и хитростям по соблазнению мужчин, включавшим в себя манеру разговора, тон голоса, актерское мастерство и даже правила флирта.
Слава дьяволу, она дождалась, когда дочке исполнилось шестнадцать, прежде чем взяться за ее сексуальное обучение!
Приятная ностальгия заставила меня расчувствоваться. Я ринулась к маме. Крепко обняла ее со спины и прошептала, вдыхая сладковатый аромат ее парфюма:
– Спасибо тебе, дорогая, за все, что для меня делала и делаешь сейчас… Я очень тебя люблю!
Руками ощутила, как приподнялись ее плечи на медленном вдохе, а потом опустились. Мама накрыла мои ладони своими. Кожа нежная, почти шелковая. Прикосновение ласковое, убаюкивающее.
– Я тоже тебя люблю, но никогда не пойму твоего решения. И в то же время не могу не поддержать свое дитя в поисках счастья. Даже если ты и совершаешь ошибку, я всегда буду на твоей стороне, Евора.
