Она все еще не могла прийти в себя. Если бы она не схватила в охапку Лынгуна, он бы нашел способ догнать детдомовских и всех их вывезти на Альфу… Конечно, они сами оттолкнули его, но какой спрос с детей, да еще детдомовских! Кто имеет право их судить! Теперь они ехали неведомо куда по Брянской области на своем автобусе, а лейка так и сгниет в подсобке под Брянском! Конечно, это тонкий ход – посылать дауна для отбора милосердных… Но что этот даун даже не говорит по-русски… Могли бы дать ему хоть переводчика!
– Да не угрызайся, Кать, – сказал Игорь, как всегда обо всем догадавшись.
– Это очень жестоко, Игорь! Очень жестоко!
– У вас тут все жестоко, Катя. Посмотришь – и того жалко, и этого. Всех надо брать. А они убийцы, понимаешь? Они беспомощного больного ребенка не пустили в автобус.
– Среди них тоже есть больные, Игорь.
– Ну, может, и спасутся, – сказал Игорь. – Повезли же их куда-то…
– Турук, – подал голос Лынгун. – Куругач.
– Что он сказал? – вскинулась Катька.
– Он сказал, что вряд ли спасутся, – объяснил Игорь, потупившись.
– Да, кстати, – вспомнила Катька. – Он-то знает, что у вас там объявлена тревога?
– Ды, – кивнул Лынгун. Он, кажется, действительно немного понимал язык.
– А почему – не знает?
– Ны, – покачал головой вундеркинд.
– Черт возьми, – неожиданно заорал наш муж Сереженька с такой злобой, что Подуша немедленно разревелась. – Что тут вообще происходит?
– Спокойно, Сережа, – тихо ответил Игорь. – Происходит эвакуация.
– Куда?
– На другую планету.
– А меня кто-нибудь спросил?! – взвыл Сереженька. – Меня предупредил кто-нибудь?
– Ты что, не сказала ему? – не понял Игорь.
– Я сказала, что мы просто уезжаем и что все объясню потом.
– Слышь, Сереж, – вступил дядя Боря. – Тут дело такое. Мы на планету летим, хорошую. Здесь просто опасно, мы там пересидим и потом вернемся. Если захотим.
– Да я, может, против! – кричал Сережа. – Что за шарлатанство! Какая еще другая планета, я совершенно не хочу, чтобы мой ребенок рос где ни попадя!
– Ну, захочешь – вернешься, – пообещал дядя Боря. – Я тебе точно говорю. Но пока – не надо, пока надо пересидеть, понял? Мы там перезимуем, а когда здесь все уляжется – сюда.
– Да не хочу я никуда! Катерина, как ты смела мне врать!
– Слушай, – зло и решительно сказала Катька. – Не хочешь – оставайся. Ребенка я тебе не отдам, так и знай. А истерики в другом месте будешь устраивать. Понял?
Он отошел, что-то мрачно бормоча.
– Давай, дядя Боря, – сказала Катька. – Помоги Игорю с ракетой, пора уже.
– Какая система-то? – спросил дядя Боря.
– Да лейка, – пояснил Игорь.
– Как фотоаппарат, что ль?
– Близко к тому.
Они с трудом выволокли лейку вдвоем – два здоровых мужика, профессиональные механики, привычные к любым тяжестям. От лейки шло тусклое красноватое свечение. Она нагревалась – медленно и уверенно, как рефлектор.
– Ну что, если все в сборе, я активизирую, – сказал Игорь, обращаясь главным образом к дяде Боре.
– Если готово, то давай, – кивнул тот, как равный партнер.
– Отойдите все на три метра, – скомандовал Игорь.
– Игорь! – вспомнила Катька. – А что сосед? Ты дядю Колю не возьмешь?
– Я ему предлагал, – сказал Игорь. – В принципе места нет, но вдруг ты не набрала бы… Говорит, не могу. Тут дом, десять лет строил. Парник, помидорки…
Игорь усмехнулся.
– Ладно, отошли все.
Катька подхватила на руки Подушу и оттащила ее на три метра. Бабушка и Майнат нехотя последовали ее примеру.
– Мама, – сказала Подуша. – Еечка взойветца?
– Нет, что ты, – успокоила ее Катька. – Она немножко вырастет, мы в нее залезем и полетим.
– В еечке?
– Да. Помнишь, я тебе сказку читала? Гномики отправились в плавание в башмаке. А мы полетим в леечке.
– Гляди ты, все правда, – тихо сказала бабушка. – Вот не думала, что на старости на Марс полечу.
– Не на Марс, бабушка. Гораздо дальше.
Игорь подошел к лейке, нагнулся, подергал за ручку, словно проверяя, крепка ли, отошел на три шага и щелкнул пальцами, высоко подняв руки.
