Одной головы ему показалось мало – пули начали разрывать останки женщины на части.
Уж не знаю, что с Черепом, но это – наш шанс, поэтому я рванул с кухни, увлекая за собой Пуха.
Я попытался прошмыгнуть мимо обезумевшего главаря военсталов – тот шагнул на кухню, поливая огнем восстававшую мумию, а заодно и оконный проем. Остатки подоконника рухнули на пол.
Но сбежать не успели – Череп внезапно прекратил огонь и развернулся, чтобы перегородить нам проход. Из-за слишком близкого расстояния стрелять он не мог, поэтому попытался достать рукой.
– Это из-за вас! – рявкнул Череп. – Все из-за вас!
Первый удар пришелся на дверной косяк – тот треснул и начал медленно, почти театрально заваливаться внутрь кухни. Пока Череп замешкался, раскидывая в стороны доски, мы смогли выскочить в коридор, но при этом не учли одного – входная дверь оказалась закрыта.
– Вот че-черт! – прошептал Пух.
– Это вы! Все – вы! Точнее – ты! – Череп указал на меня. – Если бы твой папаша не сунулся, ничего бы не произошло. Не закрутилось бы так, а потом – черт!
Пух вышел вперед, загородив меня:
– Не-не знаю, что т-ты там та-такое ло-лопочешь, но я те-тебе не да-дам т-трогать мо-моего д-друга!
Череп хмыкнул и ударил толстяка. Просто рубанул с ходу многокилограммовым орудием.
Что-то хрустнуло. Пуха сразу перекосило, будто он марионетка, у которой отрезали несколько веревочек. Завалился на стену.
– Пух, ч-черт! – Я еле успел его подхватить.
Мы вместе осели по стене на пол.
Череп смотрел, нацелив на нас оружие, но почему-то не стрелял.
– Тварь, за что ты его?! – прорычал я.
Пух побелел – сломаны как минимум несколько ребер, а может, даже и позвоночник.
– Я ж-же го-говорил, ч-что мы-мы на-напарники, – прошептал Пух, пуская изо рта струйку крови.
– Нет-нет, только не умирай. Не сейчас! – прошептал я, укладывая толстяка возле стены.
Череп все еще не стрелял. Я даже развернулся к нему спиной – плевать, мне нужно помочь напарнику, и будь что будет!
– Ч-черт, Пух! Скажи что-нибудь! Дай знак, что слышишь! – Я осторожно уложил его на пол. Позвоночник точно сломан – это можно заметить по тому неестественному положению, что стремилось занять его тело. Человек не может так изогнуться. Никогда. Даже супергимнаст.
– Я был здесь, потому что знал, что понадоблюсь тебе… – тихо прошептал Пух. На удивление – без заикания. Совсем.
– Что?!
– Я знал…
– Пух, что ты знал? Боже, что ты знал?!
– Автобус, он мне сказал… – прошептал толстяк. – Тогда, возле базы… Что я… я должен буду помочь тебе. Должен пройти… это плата за помощь… У всех своя плата, понимаешь?! Но я… я бы и так тебе помог! Ты же – мой напарник!
Пух со всей силы сжал мою кисть, а потом – резко обмяк, затих.
– Нет, Пух, что сказал, кто? Пух, слышишь, не уходи, пожалуйста. Прошу тебя, не уходи!
Но он молчал. Губы не шевелились.
– Пух, пожалуйста!!!
– Он мертв, – раздался сухой голос Черепа.
Вспыхнул от ярости – этот гад его убил! И за что? Если ему нужен я, то напарник-то тут при чем?!
Я бросился с кулаками на Черепа. Тот не успел среагировать – пропустил пару ударов. Но это было то же самое, что пытаться избить танк. Только костяшки отбил да кожу содрал.
Череп схватил меня за шею и поднял в воздух.
– Ты сам виноват в этом! Только ты. Он помер из-за тебя! Но я тебя не убью. Пока. Сначала хотел, да, очень хотел, потому что ты мне напоминал… – Череп на секунду замолчал, потом продолжил: —…Но сейчас у меня есть план, поэтому мы устроим размен.
Какой еще размен? О чем… о чем ты? Кхр!
Легкие жгло. Перед глазами все поплыло.
– Увидишь! – сказал Череп и отбросил меня к стене. Охнул, осев вдоль нее на пол.
Взгляд снова наткнулся на тело Пуха. Тот лежал в луже крови, пуская пузыри, словно выброшенная на берег рыба.
Еще живой!
Похоже, одно из ребер пробило легкое, поэтому он не мог толком дышать. Кожа лица покраснела, глаза выпучены, вены вздулись.
– Пух! – простонал я, подползая к напарнику.
Тот хотел что-то ответить, но вышло лишь бульканье.
– Мы и есть напарники, слышишь?! Мы – напарники! Всегда были. Ты – отличный друг! Я бы без тебя сюда не добрался, слышишь?
Пух еле заметно улыбнулся. В глазах блеснули слезы.
– Не умирай, пожалуйста, Пух. Ч-черт! Это я… я во всем виноват…
Не смог сдержать слезы. Только они, естественно, не помогли – через пару минут Пух затих навсегда.
Наташа видела милицейскую «Волгу» у дома – значит, Сокол и Пух тоже здесь. Это все здорово осложняло. Девушка уже полчаса шла по следу Черепа. Да, блин, она его даже видела – на расстоянии нескольких метров. И если бы не стекло, которое предательски хрустнуло под ногами, то наверняка даже смогла бы пристрелить гада. А так – противник сразу скрылся за поворотом, только его и видели.
С другой стороны – нужно еще умудриться застрелить Черепа. На нем – экзоскелет, самый навороченный у военсталов, а еще шлем. Из какого-то модного сплава. Пуля такой не пробьет.
Выход один: подобраться вплотную и выстрелить в зазор между бронепластинами – если такой, конечно, есть.
Пока думала об этом, на стекло и наступила.
