Евангелие от Марка полностью

Не совсем понятно, предъявили ли Ему одно обвинение, или оно состояло из двух частей, меньшей и большей. Поскольку «веельзевул» (возможно, значение этого слова — «повелитель дома», тем более что в стихах 25 и 27 упоминался «дом», или «повелитель мух», или «повелитель бесов») в иудаистской литературе в качестве альтернативного имени сатаны не используется, то высказывалось предположение, что этим именем называли более мелкого демона. С другой стороны, Иисус, судя по стиху 23 и далее, воспринимает обвинение фарисеев именно в связи с сатаной (Он не упоминает веельзевул а). Однако Матфей и Лука (Мф. 12:24; Лк. 11:15) воспринимают оба слова как два равнозначных имени сатаны. Так же следует поступать и нам. В любом случае меньший находится под властью большего. Важно, что ученые религиозные оппоненты Иисуса не остаются равнодушными к тому, что Он делает: они приписывают происхождение Его деятельности власти сатаны, бесовского князя (22). Здесь Евангелие вновь говорит о том, что видеть и слышать Иисуса — значит поставить себя перед необходимостью выбора.

Но у Марка уже готова для нас другая история. Иисус, призвав их, говорил им притчами (23). Марк вполне осознанно не сообщает нам подробности содержания бесед Иисуса, как это делают остальные авторы Евангелий. Он привлекает наше внимание к важности Его речей (1:38) и указывает основание, на котором строится все здание Его учения (1:15). Но он весьма скуп в деталях. Что касается исцелений и в особенности изгнания бесов (при постоянных запретах произносить Его имя), они не становятся фундаментом и моделью ученичества. И основание, и модель будут содержаться в Его смерти, по направлению к которой стремительно развивается весь ход событий и которой Марк посвятит много страниц, а также в Его воскресении, которое не вызывает у Марка ни малейшего сомнения (поэтому он и не считает нужным приводить доказательства в его пользу).

Греческое слово притчи в Новом Завете употребляется только в синоптических Евангелиях. В еврейским языке оно означает «мудрое изречение или рассказ», который содержался в ответе Иисуса критикам, и далее — в истории о сеятеле, рассказанной в главе 4.

В Своем ответе Иисус использует образ царства или семьи (23–26) и дома, в который ворвались грабители (27). Иисус изгоняет бесов, причем в этом Его враги не сомневаются. Но если Он изгоняет их сатанинской силой, то Сам становится подобен тому царству или семье, которые вовлечены в междоусобную борьбу. Конец такой войны может быть только катастрофическим, а потому их гипотеза совершенно неправдоподобна. И наоборот, если книжники видели в этом схватку сил (27), значит они отлично понимали, что дом сильного человека можно расхитить только в том случае, если грабитель окажется сильнее хозяина и свяжет его. Разве это не более правдоподобный сценарий? В этом и заключался истинный смысл не только того, что делал Иисус, но и того, что понимали очевидцы тех событий и люди, читавшие Евангелие от Марка, — хоть сатана и не бессилен, но он может быть повержен.

Марк очень точно представляет здесь то, что станет еще яснее в 4:10–20, а именно: наряду с делами Божьими должны быть объяснения от Бога. Дела Божьи не говорят сами за себя (даже тем, кто искушен в богословии). Слово и дело вместе необходимы не только в нашей миссионерской деятельности в грешном мире. В первую очередь они необходимы в Божественной миссии Христа, адресованной нам.

Это ясно из того, что следует дальше. В стихах 28–30 Иисус объясняет, что скрывалось за словами Его оппонентов. Из всех записанных слов Иисуса эти — самые устрашающие. Версия Матфея (Мф. 12:31) подтверждает подлинность отрывка. Связь между стихом 28 в повествовании Марка и тем, что сказали противники Иисуса, совершенно ясна, а ссылка на Святого Духа подтверждается в Евангелиях от Матфея (Мф. 12:31,32) и Луки (Лк. 12:10), хотя и несколько в иной форме.

Какой бы ни была конструкция текста, только смысл сказанного имеет реальное значение. Серьезность высказывания засвидетельствована началом стиха 28, дословно: «Аминь, Я говорю вам». Кранфилд писал по этому поводу: «Использованием этого слова Иисус торжественно гарантирует истинность того, что Он собирается сказать». Иисус часто применяет эту форму речи, но она не становится от этого менее значительной. Он говорит, что в Божьем миропорядке все грехи могут быть прощены (28), за исключением одного единственного. Это исключение называется богохульством, злословием или хулой на Духа Святого (29).