Евангелие от Марка полностью

В Евангелии от Луки этот эпизод представлен наиболее подробно. Автор этого Евангелия сообщает, что Иисус молился (Лк. 9:28,29), «и когда молился, вид лица Его изменился, и одежда Его сделалась белою, блистающею». Общение с Небесным Отцом изменило внешность Иисуса, как и внешность Моисея на горе Синай (Исх. 34:29). Вчитываясь, приходишь к выводу, что автор говорит о том, что произошло на самом деле. Он даже добавляет, что ученики пробудились от сна (Лк. 9:32). Было ли все остальное в этой истории видимым и слышимым происшествием, данным Богом и воспринятым всеми троими учениками? Было ли замечено всеми троими изменение во внешности Иисуса, вызвавшее вполне понятное, но приземленное предложение Петра? Мы не можем знать больше, чем нам дают Евангелия, но предложенная реконструкция позволяет отдать должное всем факторам, приведенным в повествованиях евангелистов.

Нам следует задать еще один важный вопрос — «Что это значит?» Моисей и Илия обычно представляют собой закон и пророков. Правда, Илия не являлся автором пророческих произведений, но был одним из наиболее выдающихся пророков. Еще более важен тот факт, что и Илия, и Моисей ушли из жизни необычным образом (Втор. 34:5,6; 4 Цар. 2:11). Все это приобретает еще большее значение рядом с другим свидетельством

Луки о том, что Моисей и Илия «явившись во славе… говорили об исходе Его, который Ему надлежало совершить с Иерусалиме» (Лк. 9:31). Очевидно, эти люди также представляли установление Богом Его Царства. Моисей привел Божий народ в землю обетованную. Предположительно приход Илии был признаком приближения этого Царства (Мал. 3:1; 4:5; Мк. 9:11). На этом основании Моисей и Илия могли соответственно служить Иисусу, выполняя кропотливую работу по Божественной подготовке следующего и последнего этапа служения Иисуса на земле.

Мы вполне можем понять предложение Петра, сделанное в большом волнении, и посочувствовать ему (5). Ибо не знал, что сказать; потому что они были в страхе (6). Совершенно очевидно, Петру и в голову не пришло промолчать! Однако нельзя сбрасывать со счетов и характер его реакции. Простые, человеческие чувства в качестве ответа на события, демонстрирующие вечность, можно наблюдать не только в I веке.

Облако (7), наполненное ощущением Божьего присутствия, окутало их, и ученики четко осознали, что предложение Петра было опрометчивым. Повторение с небес слов, прозвучавших в момент крещения Иоанном Иисуса (Мк. 1:11; Мф. 3:17), поражает наше воображение. Иисус есть Сын Божий как никто другой. В такой ситуации остается лишь слушать. Затем (8) все заканчивается. Теперь они видят только Иисуса.

Следует отметить, что устремив все свое внимание на Преображение, мы рискуем упустить ключ к пониманию целей Марка (9:9—13). Иисус не велел никому рассказывать о том, что видели, доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых. Мы уже встречали у Марка этот запрет — никому ни о чем не рассказывать (1:34,44; 3:12; 5:43; 7:36; 8:26,30). Теперь впервые этот запрет не категоричен. Когда Сын Человеческий воскреснет из мертвых, они смогут рассказать также и об этом происшествии. Подразумевалось, что только тогда люди наконец смогут уяснить, что все это означает. Марк дает нам понять, почему Иисус до сих пор не открывал тайны Своей личности — потому что именно эта тайна станет тем фундаментом, на основании которого люди уверуют и поймут, что истинно значит ученичество. «Нет другой возможности понять, кто есть Иисус, пока человек не увидит Его страданий, смерти и воскресения»[49].

Лука не рассказывает об этом частном разговоре, а Матфей сообщает (Мф. 17:9), но не показывает замешательства учеников. Марк, как всегда прямолинейный и верный своим источникам, ничего не приукрашивает: «И они удержали это слово, спрашивая друг друга, что значит: воскреснуть из мертвых» (10). Они не поняли сказанного, однако и не стали спрашивать об этом Иисуса. Это звучит очень достоверно, как воспоминание личного характера.

Но они спросили (11) об ожидаемом всеми Илии, поскольку считалось, что он должен прийти прежде Мессии (Мал. 3:1; 4:5). Иисус отвечает (12), что это предположение верное. «Илия должен придти прежде и устроить все». Но в чем была природа этого «устроения»? Вероятно, оно было связано с тем, что делал Иоанн. Он приготовил путь для Сына Человеческого, но он должен был и пострадать, как написано. Язык, использованный здесь, предполагает своим источником Книгу Пророка Исайи 53, отсюда и ссылка на него. Но как сможет Илия устроить все для Мессии? Возможен лишь один ответ — «став Его прообразом». Это, говорит Иисус, как раз и произошло. Иоанн Креститель —это и есть Илия из пророчеств.