Обычный серый день иногда лишь кажется таковым. В любую секунду все может перевернуться с ног на голову. Перевернуться резко и нагло. В сказках до других миров еще поди доберись. В реальности "Тридевятое царство" вышибает твою дверь с ноги.
За некоторое время до того как в лоб Лина Легвика прилетела пуля (или не прилетела?), он проснулся за пару секунд до будильника и начал свой очередной и совершенно типичный день.
Вся жизнь Лина была соткана из различных маленьких традиций и “карманных” ритуалов, как он их сам называл. Вставать он предпочитал ровно в семь. Причем, даже по выходным. Ложился Лин тоже в строго определенное время. В 22:30 он чистил зубы и умывался, в 22:45 — лежал в кровати и читал книгу, а ровно в 23:00 выключал прикроватный торшер и засыпал.
Конечно, его день не был расписан по минутам от начала и до самого конца. Расписание адвоката включало свободное время. Его Лин мог занимать всем, чем угодно, но в основном предпочитал жить по устоявшемуся расписанию. Ему это просто нравилось.
Утро 16 октября с самого начала и до самого конца (если убрать за скобки пулю) складывалось совершенно, как всегда. Лин проснулся, потянулся и отправился в душ, а после — завтракать. Завтрак выглядел так: яичница-глазунья из двух яиц; два ломтика бекона; два тоста, разрезанные по диагонали; масло и, разумеется, черный кофе с двумя ложками сахара.
Чаще всего Лин готовил себе утром именно это. Только на выходных, иногда, Легвик позволял себе сварганить что-нибудь эдакое и под эдаким, как правило, подразумевались французские тосты с медом, шоколадным кремом или чем-нибудь сладким. Но сегодня был понедельник, поэтому Лин отдал предпочтение своему классическому завтраку.
Еще одной маленькой, исключительно утренней традицией Лина было радио. Как-то, в одном местном ломбарде, куда Лин решил заглянуть без всякой причины, он наткнулся на небольшой красный радиоприемник. Некоторые элементы корпуса блестели хромом. От радио веяло шестидесятыми. Вещь Лину понравилась и он ее приобрел, несмотря на то, что радио до того слушал только в машине. Легвику приглянулся дизайн, и то, что от приемника, даже выключенного, исходило тепло давно минувших дней. Это была вещь вне времени, вещь с душой. По крайней мере, в глазах Лина.
Приемник он решил поставить на кухне между кофеваркой и висевшем на стене календарем. Радио хорошо смотрелось на выбранном месте, будто весь дом изначально выстраивался вокруг него.
Установив приемник, Лин поймал местную радиостанцию “PLR”, и больше не менял ее никогда. Так и родилась традиция: пока Легвик готовил завтрак, заваривал кофе, резал хлеб и мазал масло, он включал радио. При этом он всегда, плюс-минус, попадал на начало передачи “Бодрящие звуки”. Лину нравилось, что ведущий почти сразу после начала эфира ставил какую-нибудь хорошую песню.
Эта, внезапно появившиеся традиция, несколько озадачивала самого Легвика. “Почему бы не подключить “айфон” к колонке и ставить любые песни на свой выбор?”, — спросил он себя как-то, но не смог найти ответа сразу. Понимание пришло за очередным просмотром “Фореста Гампа”. Приемник можно было сравнить с коробкой конфет — никогда не знаешь какая песня тебе попадется. Поэтому, радио, а не "айфон".
“Доброе утро, Вермонт — самый лучший штат во Вселенной! — затрещало из колонок, когда Лин повернул переключатель. — С вами Мастер Дин! Вы слышите мой голос, а это значит, что на “PLR” начинаются “Бодрящие звуки”. Как спалось? Надеюсь, хорошо. Но, если вам приснился кошмар, то не расстраиваетесь. Страшилки бодрят не хуже ритмичных песен. Кроме того, сегодня уже шестнадцатое, а это значит, что скоро нам отмечать Хэллоуин. В общем, пора настраиваться на нужный лад: точите ножи, начинайте присматривать тыквы и закупайтесь искусственной кровью — всё пригодится. В прошлом году мы украсили Плезент-Лейк первоклассно, правда ведь? В этом году мы можем переплюнуть сами себя и сделать еще лучше. Оставляю вас с этой мыслью. А сейчас настало время для первой сегодняшней вещи — это “Born in the U.S.A” Брюса Спрингстина. Слушайте и наполняйтесь патриотизмом к нашей великой стране, где возможно все!”
Заиграла музыка. Брюс запел о том, как он родился в мертвецкой глуши, как в его руки вложили винтовку и отправили на чужбину. Ну а потом он начал, как раненый боец с надрывом кричать о том, что он родился не где-нибудь, а вот прямо-таки в США.
Во время припева на кухне появился Фил, кот Лина. По окрасу Фил походил больше на корову, чем на кота. Одно из черных пятен обрамляло правый глаз питомца, из-за чего создавалось впечатление, что кот носит пенсне (или пянсе, как правильно?).
— Вау… Вау… — Фил мяукал больше похоже на “вау”, чем на “мяу”. — Вау…
— У тебя все есть, Фил. Полная миска твоей любимой дряни, — ответил ему Лин, усаживаясь за стол. — Ни в чем себе не отказывай.
— Вау, — Кот махнул хвостом, но все же заковылял к миске.
— А вечером, если будешь хорошо себя вести, мы посмотрим какой-нибудь фильм и я дам тебе рыбы. Нормальный план?
— Вау.
