Эвис: Заговорщик полностью

Незадолго от полудня я опять загнал дам в тень, хотя потемнеть за лето они успели прилично. И здорово порадовался, когда обед с нами разделила слишком серьезная и почти не улыбавшаяся Вэйль. А когда лучи Ати слегка потеряли свою силу, разрешил Майре и Альке попрыгать с валуна, а сам устроился на бревнышке неподалеку и засмотрелся.

Тина с Найтой нарисовались рядом эдак через кольцо. Уселись, вытянули ноги и скрестили их совершенно одинаково. А потом ар Лиин-старшая легонько толкнула меня плечом:

— Любуешься?

Я кивнул.

— А мы с Найтой только что обратили внимание на то, что мы с каждым днем становимся все более похожими одна на другую…

— … уверенностью в себе, внутренней свободой, пластикой движений и эмоциями, которые испытываем! — продолжила ее мысль хейзеррка.

— Ты забыла упомянуть самое главное! — ехидно поддела подругу Тина. — Фигурами!

— Забудешь с тобой, как же! — фыркнула Дарующая. — Стоило попросить дочку о ма-а-аленьком изменении, как вы меня затюкали!

— Пожалуй, маленькими твои «изменения» уже не назовешь…

— А сама-то, сама: что ни вечер, так «может, еще чуть-чуть поправим вот здесь и здесь»⁈

— Дамы, не ссорьтесь! — легонько шлепнув ладонями по их коленкам, попросил я. — Все уже сделанные изменения мне очень нравятся. Поэтому получайте удовольствие и дальше, а я буду вами любоваться и терять голову от вашей невероятной красоты. Так же, как теряю ее сейчас. Чувствуете⁈

— Галантен, учтив, а главное, честен! — предельно серьезным тоном заявила Тина и жизнерадостно рассмеялась.

— Чувствуем! — кивнула Найта. — И млеем от счастья.

— Кстати, о нашей красоте… — перебила ее ар Лиин-старшая, и я понял, что вступление закончено, и начинается серьезная часть разговора. — Я тут подумала, что ты можешь ее использовать, как неплохой предлог для того, чтобы себя поставить[2]. Задумайся, Короткая десятина — это не только представление Шандору, но и несколько десятков приемов и балов…

— … а также подвыпившие альковные рубаки[3] и бесстрашные покорители чужих постелей! — очередной раз закончила ее мысль Дарующая. — Ко мне и к двум другим «кобылицам» эти «герои» цепляться не будут. А вот мимо Тины с дочкой не пройдут.

— И?

— Десятка полтора-два успешных дуэлей, имя единственного и непревзойденного победителя шайки Кровавого Орла, украдкой брошенное в присутствии хотя бы одной сплетницы… — ухмыльнулась ар Лиин-старшая. — … и к тебе потянутся вторые-третьи сыновья глав Младших родов, юноши из их же побочных ветвей и все те, кто мечтает о славе.

— Десятка полтора-два⁈ Всего за восемь дней⁈ — воскликнул я.

— Пфф!!! — фыркнула Тина. — Ты только разреши — и я за день перессорю тебя не только со всем Маллором, но и с послами наших соседей!

— Да нет, я не о том! — нисколько не сомневаясь в ее способностях, торопливо воскликнул я. — Я хотел сказать, что полтора десятка дуэлей — это столько же противников!

После этой фразы фыркнули обе. А Дарующая еще и возмущенно пихнула меня локтем:

— Твоего отца называли Молнией, ты уже сейчас намного быстрее, сильнее и подвижнее его, а если представить, во что тебя превратит моя дочка после вчерашнего…

— Да уж, как вспомню — так вздрогну! — поежилась Тина, наткнулась на мой недоумевающий взгляд и покраснела: — Что тут непонятного? Шарахни она нас своими эмоциями чуть-чуть посильнее, и в твоей постели оказались бы не только Майра с Алькой, но и мы с Найтой! Причем сгорающими от безумного желания и в принципе не способными связно мыслить!!!

— Мы, кажется, не договорили! — торопливо напомнила нам Дарующая, почему-то помрачнев. — Так вот, юноши, которые жаждут стать членами сильного Старшего рода и жаждут славы — это один из немногих шансов на его возрождение.

Я хмуро посмотрел сначала на одну, а затем и на вторую. Потом попробовал подобрать наиболее тактичные формулировки для напрашивающихся вопросов, но быстро понял, что все равно хотя бы одну из них да задену. А через какое-то время вдруг сообразил, что им тоже хочется обычного женского счастья и любви. И постарался изобразить согласие:

— Хорошо, хотите дуэлей — значит, будут вам дуэли. И мужчины из Младших родов…

…Вэйль присоединилась к веселью после заката, подгадав к моменту, когда мы, все еще сидя на покрывалах, решали, что будем делать сначала — прыгать или нырять. Подобралась поближе, сгребла в охапку меня, Майру и Тину, и зарылась носом в волосы моей старшей жены, волей Пресветлой оказавшейся посередине:

— Как же здорово, что вы у меня есть…

Уже через мгновение на ней повисла Алька:

— А мы по тебе так соскучились? Впрочем, ты ведь слышишь, правда⁈

— Слышу! — мягко улыбнулась первая меньшица и пробудила Дар.

Я ухнул в него с головой, и растерялся, поняв, какое количество невероятно ярких чувств, причудливо переплетающихся и плавно перетекающих одно в другое, можно одновременно ощущать. Еще через миг я словно сам стал ими и осознал, что и искренняя радость, и томительное беспокойство, и нестерпимое желание помочь, и нескрываемое облегчение, и безграничная любовь состоят из пяти почти одинаковых «струй». А разных оттенков практически и нет.