— Все — много. Пусть будет всего тысяча! — поняв, куда она клонит, уточнил дядя Витт. — Значит, если каждый из них будет требовать поединка всего один раз в год, то этой красавице придется проводить по два с половиной боя каждый день! А если среди этой тысячи таких нетерпеливых, как ты, будет хотя бы половина…
— … то года через два у тебя не будет ни одного шанса добиться ее благосклонности! — рассмеялся я.
— Почему это⁈ — вспыхнул Нил, воинственно вцепившись в родовой кинжал.
Я улыбнулся и объяснил очевидное:
— Каждый поединок — это опыт. А поединков у нее будет о-го-го…
Глава 33.
…Пристальное внимание к нашему дому Вэйль заметила в самом конце тренировки, когда мы с ней только-только закончили отработку последней комбинации из «объединенной техники» и готовились присоединиться к остальным женщинам, тянущим мышцы и связки. Сразу же накрыв меня Даром, она дала почувствовать эмоции двух незнакомых сознаний, а затем выделила мыслью еще одно, знакомое, двигающееся от нашей калитки в сторону этой парочки.
Я тут же выскочил в окно, благо оно выходило на задний двор, подошел к краю тренировочной площадки, на которой бывшие маггорцы продолжали отрабатывать связку, показанную им еще утром, и подозвал к себе десятника.
В три прыжка преодолев разделяющее нас расстояние, Конгер вытянулся во весь рост:
— Да, арр?
— Только что со двора вышла Аника, кухарка. Почему-то одна. Так вот, ей вслед рвануло два каких-то урода — видимо, собираются прижать на Пепельной Пустоши и ограбить. Или ссильничать…
Воин мгновенно подобрался:
— Наши действия по отношению к этой парочке?
— Если не возьмете их живыми, я очень расстроюсь…
Ни один из четырех дней, которые прошли с момента принесения вассальной клятвы бывшими вассалами арра Бриела, не прошел в праздном ничегонеделании, поэтому через считанные мгновения десяток разделился. Двое самых молодых парней поснимали с себя кольчуги с поддоспешниками и, оставшись в пропотевших нижних рубахах, штанах и сапогах, рванули влево, чтобы перемахнуть через забор и изобразить двух бездельников, куда-то плетущихся по жаре. Сам Конгер и три его сослуживца — вправо, чтобы, пробежав через поместье Витзеров, выскочить на Пепельную Пустошь и не позволить будущим обидчикам Аники затеряться в развалинах. А четверка оставшихся побросала наземь тренировочное оружие, подхватила перевязи с боевыми мечами и щиты, и рассредоточилась по владению, чтобы, в случае чего, встретить незваных гостей сталью.
Незваных гостей не ожидалось — Дар Вэйльки, продолжавший меня окутывать, позволял утверждать это совершенно точно — поэтому я уселся на Геноровскую лавку, с наслаждением вытянул ноги и прикрыл глаза. А уже через четверть кольца, почувствовав сначала две вспышки чужой боли, а затем и нешуточное облегчение кухарки, мысленно усмехнулся — десяток
Когда Конгер, его парни, незадачливые обидчики Аники и их несостоявшаяся жертва показались из-за угла дома, я остался сидеть в той же позе. Только повернул голову на скрип песка под ногами приближающейся ко мне процессии и оглядел основательно помятых незнакомцев с ног до головы.
Особой нужды что-либо спрашивать или уточнять не было — родовые цвета Шорезов в одежде не заметил бы только слепой — но неотомщенное прошлое все еще травило душу, и я все-таки перестраховался, задав один-единственный вопрос. А когда услышал ожидаемый ответ, рявкнул на всю Служивую слободу:
— Майра, искорка моя, спустись-ка во двор!
«Искорка» не стала терять ни мгновения, поэтому атакующим соколом пронеслась по лестницам с третьего этажа на первый и остановилась. На несколько мгновений, чтобы накинуть на себя правильный образ. А когда почувствовала себя хозяйкой рода, чинно выплыла во двор через заднюю дверь и, подобно настоящей инеевой кобылице расплылась в морозной улыбке, от которой у не очень сильных духом мужчин могли подкоситься ноги. Тем не менее, «узнавать» эту парочку вслух даже не подумала, вовремя сообразив, что с некоторых пор выглядит инеевой кобылицей:
— Дорогой, у нас гости?
— Ага! — подтвердил я. — Причем долгожданные. Поэтому через половину стражи выезжаем из дому. Всей семьей. В сопровождении Конгера, пяти его воинов, Аники и двух этих покойников.
— Мы не покойники! — тявкнул обидчик помоложе, но наткнулся на многообещающий взгляд Майры и побледнел. И правильно сделал — по губам девушки зазмеилась о-о-очень многообещающая улыбка:
— Мой муж не ошибается — раз сказал «покойники», значит, покойники.
