Евней Букетов полностью

Надо сказать особо и о том, что выход «Сатпаева» в знаменитой серии «ЖЗЛ», притом в годы негласного запрета на эту книгу в Казахстане, стал настоящим праздником для всех истинных сатпаевцев! Я получил сотни писем, телеграмм с поздравлениями почти со всех концов республики.

Само собой подразумевалось, что теперь-то выход ее на казахском языке не за горами. Но, увы!? Издательство «Жазушы», где готовилось первое ее издание еще в 1975 году, в 1981–1982 годах дважды включало моего «Сатпаева» в тематический план, но Госкомиздат (председателем его в то время был известный литературовед, доктор филологических наук Ш. Р. Елеукенов) оба раза его снимал. Ясно, все делалось по указке «Большого дома». Не вытерпев этих издевательств, я попросил директора «Жазушы» Абильмажина Жумабаева более не включать мою книгу в план. «Я дождусь, Абеке, когда наступит оттепель. Это должно быть скоро», — сказал я издателю.

В начале нового года от своего наставника Евнея Арыстанулы я получил вот такое письмо-поздравление, привожу его в своем переводе на русский язык: «Медеу! Мне написали Герт и Брагин, что вышла твоя книга. Я говорю о книге про Канеке. Не было у меня давно такой радости на душе. Молодец, ты настоящий батыр-джигит, волевой же ты парень, спасибо! У нас пока еще нет этой книги. Если отправишь один экземпляр и вообще теперь будешь мне помогать и продвигать мою книгу, — буду только благодарен, потому что, думаю, я еще долго буду мыкаться с нею… С уважением твой брат Букетов. 18 января 1981 года, Караганда».

Что удивительно, считайте это интуицией или передачей мысли на расстоянии, как раз в тот день, 18 января, я, еще не получив поздравление Ебеке, отправил в Караганду по почте три книги, одна из них предназначалась ему. Прошел месяц. Я получил от Евнея Арыстанулы еще одно письмо. Привожу с некоторыми сокращениями:

«…Медеу, я чувствую, ты вроде бы желаешь, чтобы я высказал свое мнение о твоей книге. Я имею в виду публично высказанное мнение. Конечно, это было бы очень кстати, я и написал бы, но кто это будет печатать? Подумай сам — куда направить. Если ты меня выбираешь для этого, я готов. Во всяком деле бывают недостатки и достижения, и каждый вправе высказывать свое мнение, я не претендую на то, что мое мнение самое правильное. В конце концов, проблема не в этом, а в том, как всему миру показать великий труд Канеке на благо народа, чтобы на него равнялись и брали пример. А кто может твой труд о нем вовсе перечеркнуть? Ведь об этом надо говорить всем, и о Канеке тоже надо веско сказать. Он жил ради людей, им отдал все богатство своей души и могучего ума, и мы помним о нем сейчас и не забудем завтра… Твоя книга, Медеу, — своевременна, она выйдет и на родном языке и не один раз, и ты каждый раз будешь ее исправлять, дополнять… Мне хотелось тебя поддержать именно сейчас, но, увы, для этого у меня нет пока возможности, не силен я! Такая уж обстановка, айналайын.