Она следила за мужчиной, обрабатывающим кусок камня. Мужчина был старым — ему уже было значительно больше сорока лет — и худым, а один глаз у него был почти закрыт уродливым шрамом. Два ребёнка, мальчик и девочка, сидели у его ног. Не намного младше Дальней, они наблюдали за тем, что делал Лицо-со-шрамом, и, неуклюже держа большие камни своими маленькими руками, пробовали повторять его действия. Девочка попала себе по большому пальцу и завизжала от боли. Лицо-со-шрамом молча взял камень у неё из рук, повернул его и показал, направляя её руки, как лучше держать булыжник. Но мальчик, увидев это, позавидовал и оттолкнул девочку, отчего она уронила камень. «Я! Я!»
Когда темнота стала сгущаться, многие из людей занялись нежным, бессловесным уходом друг за другом — эта привычка пришла вместе с ними из лесов, где жили их предки. Матери ухаживали за детьми, мужчины и женщины наравне друг с другом проводили бессловесную политику, укрепляя союзы и подкрепляя иерархию. Иногда ухаживания превращались в шумный секс.
Дальняя была чужаком, и она была вне всего этого. Но когда она, истощённая и разбитая, погружалась в сон, то была уверена в том, что глаза Топора разглядывают её.
Когда она проснулась, небо снаружи пещеры было уже очень светлым.
Все ушли, оставив после себя немного остатков пищи, лепёшки детских фекалий, мокрые пятна мочи.
Она быстро вскочила на ноги. Ушибы на её спине и груди, казалось, объединились в один очаг боли. Но её молодое тело уже справлялось с повреждениями, которые она получила вчера, а голова была ясной. Она поспешила наружу, на свет.
Люди шли на север, к озеру. Они выглядели как целеустремлённо шагающие стройные вертикальные тени, их очертания были размыты в дрожащем от жары воздухе. Она побежала за ними.
На берегах озера было тесно. Дальняя разглядела много видов слонов, носорогов, лошадей, жирафов, буйволов, оленей, антилоп, газелей, и даже страусов. В воде жили крокодилы и черепахи, а птицы пролетали над ней, шумно хлопая крыльями. Гигантские травоядные, собравшись вокруг воды, опустошали пейзаж. От этой грязной сцены во всех направлениях тянулись их широкие, плотно утоптанные тропы. На утрамбованных берегах озера не росло ничего, кроме нескольких выносливых видов растений, несъедобных для слонов и носорогов и способных быстро оправляться после вытаптывания.
Люди спустились к воде. Они выбрали место поближе к стаду слонов. Все знали, что хищники избегали слонов. Слоны игнорировали людей и продолжали заниматься своими разнообразными делами. Некоторые из них забрались в воду и шумно плескались и играли; группы самок загадочно урчали, а самцы трубили и сшибались своими огромными бивнями. Эти массивные животные, архитекторы ландшафта, были горами мускулов и силы, обладающими собственным величественным толстокожим изяществом.
Большинство женщин трудилось у края воды. Дальняя увидела, что одна из них нашла гнездо пресноводной черепахи; её удлинённые яйца были быстро разбиты, а их содержимое — съедено. Другие женщины собирали двустворок, которые в изобилии росли на мелководье, прикрепляясь нитями к опоре, и ещё двустворок, роющихся в песке.
Дальняя смотрела, как Топор вместе со многими мужчинами бродил по мелководью. У него было деревянное копьё, и он стоял почти неподвижно, обшаривая глазами сверкающую поверхность воды. Через несколько мгновений он нанёс удар вниз с громким всплеском — а когда поднял копьё, на него была ловко насажена рыба, и её серебристое тело извивалось. Топор торжествующе закричал, стянул рыбу с копья и бросил её на берег. Другой мужчина, немного поодаль, подползал к водяным птицам, которые гордо плыли по поверхности воды. Мужчина прыгнул, но среди насмешившего всех плеска, воплей и криков птице удалось ускользнуть.
Дальняя присоединилась к женщинам.
Она быстро нашла мечехвоста, неуклюже ползущего по илистому руслу. Его было легко поймать. Она перевернула его вверх тормашками, и он вяло шевелил своими когтистыми ногами. С помощью осколка камня она вскрыла его головной панцирь, который был размером с обеденную тарелку. Внутри, ближе к передней части, находилась масса яиц, похожих на толстые рисовые зёрна. Она сгребла их пальцами и проглотила. У них был сильный запах, напоминающий жирную рыбу. Остальное мясо мечехвоста было слишком жёстким, чтобы его стоило выковыривать. Она выбросила расколотый головной щит и отправилась искать пищу дальше.
Так люди и проводили весь день за сбором пищи — всего лишь ещё один вид животных в этой густонаселённой саванне.
Ближе к полудню спокойные и сытые гоминиды отошли от воды.
Но Топор держался сам по себе. Дальняя неотступно ходила за ним. Он оглядывался и наблюдал за нею. Она знала: он в курсе, что она ходит за ним.
