Что мы имеем здесь дело с чисто функциональным ограничением двигательных возможностей центрального происхождения, это – несомненно. Вопрос заключается, следовательно, лишь в том, какова природа этого функционального ограничения. Можно, предположить, что наблюдаемое в ситуации задачи А1 относительное снижение двигательного эффекта происходит за счет «охранительного» торможения, развивающегося в коре, в связи с раздражением на почве периферической травмы, которое при переходе к последующим задачам, вводящим новую стимуляцию, снимается. Это объяснение наталкивается, однако, на весьма серьезное затруднение. Ни конкретные изменения двигательных реакций при переходе от одной задачи к другой, ни изменения самых задач по различию характерных для них раздражителей, не укладываются в те динамические отношения, которые предполагаются вышеуказанным объяснением. Поэтому, отнюдь не отводя вообще это объяснение, мы все же считаем необходимым выдвинуть здесь другую гипотезу.
Гипотеза эта заключается в допущении, что происходящая в связи с травмой конечности реорганизация ее костно-суставно-мускульного аппарата неизбежно приводит к изменению и ее проприоцептики и что в результате наступающего таким образом сдвига нормальной афферентации разрушаются привычные автоматизмы, штампы (Patterns) этого уровня.
Отсюда и вытекают – совершенно безотносительно к наличному функциональному состоянию высших кортикальных инстанций, пускающих в ход данное движение и осуществляющих «общее руководство» им, – те нарушения, которые мы констатируем.
Следовательно, если мы экспериментально изменим афферентацию данного движения так, что проприоцептика будет лишена своего положения монополиста в механизме его коррекции, то оно должно будет существенно измениться, стать более управляемым.
Конечно, для этого недостаточно просто
О чем же говорят полученные в исследовании фактические данные?
Особенно резкое различие движения в ситуации задачи А1 и А2 наблюдается у обеих этих групп испытуемых при рассмотрении их качественной стороны. У той группы испытуемых, которая дает сдвиги, общее поведение представляет принципиально такую же качественную картину, что и в ситуации следующей задачи В. Та же группа испытуемых, которая не дает сдвига, сохраняет и все качественные особенности движения в ситуации исходной задачи А1. Характерно, что некоторые испытуемые, принадлежащие к этой группе, не только не следят глазами за движущейся вместе со стрелкой кинематометра рукой, но в процессе уже самого движения отводят глаза, иногда активно поворачивая голову в противоположную сторону, явно борясь со сбивающим на данном уровне влиянием зрительной афферентации (ср. с явлением прикрывания глаз в нормальных случаях трудного в каком-либо отношении движения, требующего проприоцептивной афферентации).
Приведем примеры поведения испытуемых, принадлежащих к обеим этим группам.