– Попробуй для начала его покормить, – предлагает Андромеда. Черт! Как я и сам об этом не догадался?! Достаю из внутреннего кармана небольшой кусок вяленого мяса, и протягиваю его щенку – ноль реакции.
– Ты не забывай, что за зверь перед тобой, и что они употребляли в пищу до этого.
– Ты же не намекаешь на …
– Я не намекаю! Я говорю прямым текстом! Корми его либо мясом гоблинов, либо падальщиков. Не думаю, что он побрезгует собственными собратьями.
Из моей груди доносится тяжелый вздох. Эххххх, ничего не поделаешь! Беру в руки клинок, и, подойдя к телу поверженного падальщика, отрезаю с его ноги шмат еще теплого мяса.
– Язык тоже вырежи. Уверена, что ему он больше понравиться! – усмехнувшись, произносит Ада, и я понимаю, что в ее словах, к моему сожалению, есть смысл.
Андромеда (как это было и до этого) оказалась права. Больше всех щенку понравился именно язык (скорее всего из-за того что это мясо было самым нежным), ну а на втором месте была плоть догнивающих гоблинов. После кормежки, щенок действительно стал относиться ко мне лучше, и даже позволил себя немного погладить.
На этом наши с ним отношения, на сегодняшний день, закончились, и я отправился в свое логово, а он остался охранять тело своего родича.
На следующее утро, во время своей пробежки, я навестил своего нового приятеля, и скормил ему еще пару языков (которые, правда, уже не были такими нежными и мягкими, но ему все равно понравились.). Дальше у меня по распорядку был “тир”, и когда я пошел на свое стрельбище, щенок падальщика последовал за мной. Хммммм, интересно, может действительно что-то выйдет...
— Ты ему нравишься, – ухмыльнувшись, высказала свое мнение Андромеда.
– Может быть, – пожимаю я плечами. – Будет классно, если он вырастет до размеров своего родича, и сможет защищать меня.
– Я бы на это не особо рассчитывала. Представляешь, сколько это займет времени?
— Ну, я никуда не тороплюсь, — спокойно отвечаю я искусственному интеллекту.
— А вот и зря. Я бы на твоем месте попыталась стать как можно сильнее, и скорее покинула это место. Пока ты так слаб, тебя может убить практически любой, даже самый слабый воин. Ты ловок, но против грубой силы и в открытом поединке ты не выстоишь. Да, ты можешь убивать противников, когда они тебя не видят, но если врасплох застанут тебя – ты мертвец.
— Значит, такого не надо допускать, – пожав плечами, отвечаю я Андромеде.
— А ты, я смотрю, так и остался оптимистом.
— Ну, хоть какие-то свои черты мне удалось сохранить, – улыбнувшись, отвечаю я и запускаю камень в цель.
Тренировался я почти до самого заката, и навык владения пращей повысился до пятого уровня.
— Эй! – окликнул я щенка падальщика, который все это время крутился возле меня, а под конец просто уснул. — Держи, -- кидаю ему кусок языка, и тот с удовольствием начинает уплетать его.
– Может назовешь его как-нибудь?
– Не думаю, что он сразу начнет отзываться на кличку.
– Будешь всегда называть его “эй”? – саркастично спросила Ада.
– Ладно, что-нибудь придумаю, – смотря за чавкающим монстром, отвечаю я Аде.
– Эй, как тебя назвать-то? – спрашиваю я маленького падальщика, и тот, оторвавшись от мяса, с интересом смотрит на меня.
– Ответил?
– Он не из говорливых, – усмехнувшись, отвечаю я ИИ, продолжая смотреть на щенка, который поняв, что от него ничего не требуется, снова приступил к поглощению еды.
– Любит он у тебя пожрать.
– Да и я люблю, просто у меня выбора особого нет. Вряд ли даже при наличии денег, меня кто-то обслужит в таверне.
– Я думаю, что тебя убьют еще до того, как ты сможешь пересечь городские ворота, – усмехнувшись, отвечает Андромеда.
– То-то и оно, – я тяжело вздыхаю.
– Ну, ты можешь стать сильнее, и попытаться захватить еду силой, – предложила искусственный интеллект.
– Так себе мотивация, не находишь?
– Так не обязательно же ограничиваться едой. Женщины, богатства, слава – все это может быть доступным. Нужно лишь стать сильнее!
Я задумался.
– В этом мире все решается силой?
– А ты не заметил? Не убьешь ты, убьют тебя, – спокойно отвечает Андромеда. – Для тебя стать сильнее – единственный способ выжить в этом жестоком мире!
– Классные перспективы, – тяжело вздохнув, говорю я ИИ и, подойдя к падальщику, несколько раз провожу рукой по его мягкой шерсти.
Щенок прекращает трапезу, и удостаивает меня заинтересованным взглядом.
– Ты, кстати, не знаешь какого он пола? – киваю я в сторону щенка.
– Нет, но определить это не сложно. Возьми его на руки, и посмотри.
Ага, проще сказать, чем сделать. Несмотря на то, что падальщик был еще щенком, он уже был мне по колено, и, судя по моим прикидкам, весил больше десяти килограмм.
– Давай только ты не будешь кусаться, хорошо? – говорю я зверю, и, схватив его за живот, пробую поднять.
Это была плохая идея. Разумеется, ему это не понравилось, и стоило мне только его схватить, как мелкая гадина вцепилась мне в руку, и довольно больно укусила.
– Вот же ты злюка! – схватившись за укушенную руку, говорю я зверю, но тот лишь оскаливается в ответ. – Будешь так себя вести, больше не получишь мяса! – обиженно заявляю я.
