По всем показателям золотокрылый манакин – совершенно великолепная птица. Оперение самца по большей части бархатисто-черное с шикарной блестящей, золотисто-желтой шапочкой, которая выдается немного вперед, переходя в щетинистый гребень над самым клювом, отчасти напоминающий прическу гризеров 1950-х годов. На затылке шапочка имеет ярко-алый цвет в популяциях, населяющих восточный склон Андского хребта, и красновато-коричневый – в популяциях с западного склона. По обеим сторонам шапочки у самца выступает пара маленьких черных «рожек» из торчащих вверх перьев. Однако наиболее поразительная особенность самцового оперения обычно сразу не видна. У сидящей птицы окраска крыльев и хвоста кажется абсолютно черной, но, когда птица взлетает, оказывается, что внутренняя часть опахала маховых перьев ярко-желтого цвета – такого же, как и шапочка. И как мы вскоре убедимся, внезапные вспышки золота на крыльях являются главной особенностью брачной демонстрации самца, создающей в высшей мере неожиданный визуальный эффект, от которого захватывает дух.
Яркие желтые вкрапления на крыльях самца золотокрылого манакина (
Когда мы с Энн только прибыли в Эквадор, все, что мы знали об этой птице, было связано исключительно с музейными экземплярами, попавшими в коллекцию добрых пятьдесят лет назад. В 1985 году записей голоса золотокрылого манакина не было ни в собрании Корнелльской лаборатории орнитологии, ни в Британской фонотеке звуков животных, так что мы понятия не имели, как звучит песня этой птицы. О сезоне ее размножения мы тоже не имели ни малейшего представления, как и о прочих аспектах биологии этого практически не изученного вида.
Наши поиски начались с Миндо – маленького городка, расположенного к западу от Кито, столицы Эквадора, на западном склоне Анд на высоте около тысячи шестисот метров. Сейчас Миндо превратился в одно из самых популярных направлений экологического туризма, но в 1985 году это была всего лишь сонная деревушка, где вдоль пыльных улочек стояла от силы дюжина домов. Однако лес в окрестностях Миндо изобиловал разнообразием птиц. Мы с восторгом обнаружили золотокрылого манакина, который кормился на плодовых деревьях вместе со стайками очень ярко окрашенных, великолепных настоящих танагр (
Потратив в Миндо целый месяц без всякого намека на успех, мы получили отличный совет от перебравшегося сюда американца, орнитолога и художника-анималиста Пола Гринфилда, который впоследствии вместе с Робертом Риджли стал соавтором великолепной книги «Птицы Эквадора». Незадолго до того Пол занимался бердвотчингом вдоль узкоколейной железнодорожной ветки, идущей по колумбийской границе от города Ибарра на севере Анд до Сан-Лоренсо на Тихоокеанском побережье, и в облачном лесу в окрестностях крохотного поселка Эль-Пласер видел целую кучу золотокрылых манакинов. Возможно, предположил он, если мы переберемся на новое место с другими географическими характеристиками, высотами и погодными условиями, где у птиц как раз будет сезон размножения, то мы сможем увидеть токующих самцов, которых ищем.
Мы отправились в Эль-Пласер – в буквальном переводе «Наслаждение» – на местном поезде, который состоял из единственного вагона, похожего на городской автобус, только установленный на маленькие колеса для железнодорожной узкоколейки. Этот вагон ходил по единственному маршруту до побережья и обратно раз в день. «Городок» Эль-Пласер на самом деле оказался кучкой грубо сколоченных дощатых хижин с жестяными крышами, где проживали семьи рабочих, обслуживающих этот участок железнодорожной ветки. Кроме этих хижин, в Эль-Пласер не было больше ничего, если не считать пустующей школы, конторы железнодорожной компании, которая заодно служила местной торговой лавкой, и нескольких глинистых троп, ведущих в окружающие леса.
Эль-Пласер по праву может считаться одним из самых дождливых уголков в мире. Все шесть недель, что мы там провели, дождь шел не переставая, разве что иногда переходя в тоскливую морось. Даже на этих небольших высотах, порядка пятисот-шестисот метров над уровнем моря, лес был весьма прохладным и мшистым. Он представлял собой вторичный облачный лес, восстановившийся после строительства железной дороги несколько десятилетий назад. И в первое же утро мы нашли в этом лесу прекрасное сообщество птиц – включая и золотокрылого манакина.
