— Рома, я вообще не понимаю, почему меня это должно волновать? Ты свободный мужчина и у тебя есть свои потребности… — начинаю я равнодушным тоном.
— У меня теперь только одна потребность — в тебе! — его взгляд горячий и умоляющий.
— Но между нами ничего нет и быть не может! Я не собираюсь менять свою жизнь ради… — я осекаюсь и замолкаю.
— Ради такого кобеля как я, да? Думаешь, я хочу от тебя просто мимолетную интрижку? Если бы я просто хотел разок переспать с тобой, стал бы бегать за тобой? Считаешь, у меня есть необходимость так напрягаться просто ради секса? — голос Ромы дрожит от ярости.
— Да нет, конечно! — неожиданно злость просто захлестывает меня. — На хрен тебе вообще напрягаться! Как ты сказал — «могу даже с места не сходить»? Ну конечно, тебе ведь стоит только подмигнуть и к твоим ногам озабоченные дуры штабелями падают!
— Мне прикинуться, что это не так? Тебе нужно что бы я лицемерил и изображал из себя скромника?
— Мне от тебя ничего вообще не нужно! В моей жизни уже есть все что нужно, — топаю ногой я.
— А вот мне нужно! Мне ты нужна! Ты и только ты! Такая, какая есть! Целиком!
Рома резко шагнул ближе и, захватив мое лицо в свои ладони, жадно впился в мой рот. Его губы и язык кричали мне о его жуткой потребности во мне, о его острой тоске. У меня не было ни единого шанса устоять и не открыться ему. Почувствовал мой язык под своим, Рома хрипло застонал, и его тело задрожало, вливая в меня раскаленную лаву и заставляя задрожать ноги. Он яростно углубил наш поцелуй, буквально насилуя мой рот, не оставляя и остатков сомнения в первобытной, разрушительной силе его вожделения. Нет не его. Нашего!
Я, не в силах удержаться, позволила своим пальцам оказаться там, где мне и хотелось с самой первой минуты как он вошёл — в его волосах.
— Господи, Лиза-а-а! — глухо простонал Рома, позволяя своим рукам соскользнуть на мою спину.
Он вжал меня в свое твердое тело до хруста костей, и у меня было такое ощущение, словно отхлынула долгая и монотонная боль. Та которую чувствуешь только когда она вдруг исчезает.
— О, твою же ж мать! — раздался шокированный голос Ольги, и нас отбросило друг от друга. — Э-э-э… М-м-м… знаете, ребята, если вам нужно побыть наедине, то я могу уйти.
Я отвернулась, задыхаясь от стыда и не в силах даже вдохнуть.
— Оля, пожалуйста! — хрипло попросил Рома. — Это не то, что ты думаешь!
— Черт, вы целовались в засос и выглядели так, будто готовы проглотить друг друга живьем! Что по-твоему я должна подумать? Что на вас нахлынул приступ ностальгии, и вы бросились в объятья друг друга, рыдая от силы воспоминаний? Лизка, а как же твой муж?
— Оля, не лезь на хрен туда, куда не нужно! — раздраженно выкрикнул Рома.
— Рома, уйди, пожалуйста! — мой голос звучал глухо и болезненно.
— Лиза, не гони меня. Нам нужно все решить… — шагнул ко мне Рома.
Я шарахнулась от него, сбивая стул и задыхаясь от стыда.
— Я все уже давно решила! Уходи ты, ради Бога! Прекрати издеваться надо мной!
Лицо Ромы окаменело. Он сжал кулаки и вытянул наряженные руки вдоль тела, прожигая меня бешеным взглядом.
— Хорошо, Лизонька, я уйду. Решишь что тебе на самом деле нужно — позвони! — и он оставляет на столе визитку.
Я не смотрю на него и только слышу, как захлопывается входная дверь. Ноги подгибаются, и я соскальзываю на пол кухни. Через минуту с бутылкой в руке рядом садиться Ольга.
— Блин, Лизка, как тебя так угораздило! — говорит она и подает мне бутылку.
В её голосе нет и тени осуждения, только настоящее, неподдельное сочувствие.
— Не знаю, Оль. Просто наваждение какое-то, — я делаю глоток, и жидкость обжигает горло, дыхание перехватывает.
— Блин, откуда это? У нас же вроде вино было! — хриплю я.
— Это у вас вино. А у меня коньячок с собой. Не хочу я вашим вином кишки полоскать, — и Ольга, забрав у меня бутылку, делает большой глоток, передергивается и крякает.
— Блин, давай закусим что ли. Не голодать же нам, в самом деле, из-за этих мужиков!
— И то верно! — мы поднимаемся и садимся за стол.
Выпиваем еще по одной и внутри все расслабляется и теплеет.
— Эх, Лизка, одни беды да расстройства от этих мужиков! Вроде и на хрен бы не сдались. Вот я, сама и заработать и гвоздь забить могу. Да я, блин, и удовлетворить себя сама могу, спасибо техническому прогрессу, создавшему лучшего друга на батарейках! Но ведь не хватает чего-то в жизни! И самое обидное, что не хочу ведь я какого попало, просто что бы носками воняло! Я хочу что бы все по-настоящему, что бы страсть там и романтика всякая! Вот скажи, Лизка, у тебя с мужем есть еще страсть? Ну, так что бы искры летели и забывать где ты и что вокруг?
Я, улыбнувшись, отрицательно покачала головой, не в силах сейчас притворяться или соврать.
— Как-то пропало все. Не знаю, может, это я виновата.
