Ехать к родителям тоже не вариант. Они у меня старой закалки и там меня ждет только полная упреков лекция, что я хреновая, не понимающая жена, что уходить это последнее дело и что если уж поженились, то все — это навсегда, и нужно уметь прогибаться и угождать. В общем «бачили очи что брали, теперь ешьте хоть повылазьте» и все в таком духе. К Катьке? Ну, тогда уже завтра к вечеру весь город будет в курсе, что мы с мужем разбежались, причем окончательно и бесповоротно. Оповещать общественность мне пока не хотелось. Оставалась Ленка. Но, представив себе её ликование по поводу нашей с Сашкой размолвки, я содрогнулась. Она же в мгновения ока организует стихийную вечеруху своего бомонда по такому радостному поводу и начнет меня сватать. В любом случае я прямо сейчас не была готова с кем-нибудь говорить и что-то объяснять. Это дурацкая черта моего характера. Если другие стараются проговорить хреновую ситуацию, поделиться, что бы стало легче, то у меня все с точностью до наоборот. Я сразу замыкаюсь и пока не переварю все в себе, не могу ни с кем ничего обсуждать. Что остается? Гостиница? Я со вздохом огляделась, пытаясь понять, где нахожусь.
Это был один из безликих дворов, и мне стоило выйти на проспект что бы поймать такси. Я увидела сквозной проход и пошла туда. Неожиданно прямо мне навстречу вывернула компания из нескольких высоких и крепких парней панковитого вида, и преградили мне дорогу.
— Девушка, так поздно и так темно, а вы совсем одна! Разве можно так рисковать? — нагло улыбнулся мне в лицо один из них с выкрашенными в зеленый цвет волосами, торчащими в стороны иглами дикобраза, и всмотрелся в меня повнимательней. — Такая красивая и одна. Блин, какой непорядок. Давайте проводим?
— Спасибо, не стоит, — я попыталась по дуге обойти парней, улыбаясь максимально дружелюбно.
Судорожно я припоминала уроки самообороны, которые брала ещё в универе, но разумная часть меня говорила, что против троих крепких парней я ноль.
— Ох ты блин! — раздался знакомый голос. — Это ж моя зачетная соседка! Я вам про неё рассказывал!
И прямо передо мной нарисовался мой сосед. Сегодня привычной банданы на нем не было и были видны его разноцветные дреды. Гитары за спиной тоже не наблюдалось.
— Привет, — сказала я, чуть расслабившись. — Где гитару потерял?
— У друзей оставил, а то маман грозиться её на помойку выкинуть, если за ум не возьмусь. А ты Элизабет куда одна и в такое время?
— Элизабет? — удивилась я.
— Ага, это так тебя этот влюбленный придурок величает, — поддел его зеленоволосый, и сосед смутился. — Уже задрал нас, все скулит, какая ты охрененная и даже песенку накропал. Телки на концертах прямо рыдают!
— Ганс, сделай милость, захлопни пасть! А то такой сквозняк, что просто охренеть можно, — насупившись, пробормотал сосед.
— Так вот ты какая, загадочная Элизабет! — продолжал глумиться зеленоволосый. — А то на фотках в его телефоне ничего четкого кроме твоей классной задницы и груди и рассмотреть невозможно. Хотя в принципе это и есть самое главное, верно, Дани?
— Ганс, я тебя урою! — зарычал сосед.
— Ты снимал на телефон мою задницу? — поразилась я.
— Ага, и грудь тоже, — поддакнул тот, что Ганс.
Я застыла, глядя на них, не зная, как и реагировать на это.
— Эй, а может мы не будем как дебилы тут в подворотне препираться? — подал умную мысль третий парень.
Он был с короткими, местами причудливо выбритыми темными волосами и серьгами в обоих ушах.
— Элизабет, — обратился он ко мне будто мы сто лет друзья. — А давайте мы вас и правда проводим и все будут довольны. Вы безопасно попадете туда куда шли, наш влюбленный Дани на вас умиленно попялится, пуская слюни, а мы с Гансом наконец сможем рассмотреть как следует, как же выглядит девушка похитившая сердце нашего друга. Оценим всю картину так сказать, не частями.
— Мальчики, а я не слишком стара, чтобы быть объектом вашего внимания? — усмехнулась я.
— Член ровесников не ищет! — заржал зеленоволосый Ганс, за что тут же схлопотал кулаком в плечо от моего соседа. — Ой, простите, прекрасная Элизабет, случайно вырвалось! Так что мы куда-нибудь идем или будем тему возрастных различий и дальше развивать?
— Ты домой? — хмуро посмотрел на меня Дани.
— Нет, — я не смогла скрыть смущение. — Я собиралась выйти на проспект и поймать такси. Мне нужно в гостиницу. Не знаете приличную и не очень дорогую?
— Ты что со своим помороженным полаилась? — удивленно поднял брови сосед.
— С кем? — удивилась я.
— Да с мужиком своим. Он у тебя вечно такой весь как кол проглотил. Вечно идеально прилизанный, в костюмчике, и постоянно по телефону трандит о каких то там контрактах и прочей хрени. Он хоть в постели галстук то снимает? — язвительно сказал Дани, но поймав мой взгляд, опять смутился. — Прости. Я чего-то язык распустил.
— Знаете ребята, я, пожалуй, пойду, — заторопилась я, не желая вступать ни в какие объяснения.
