После двух мучительно тянувшихся месяцев поисков прямо сейчас моя Ромашка лежит опять крепко прижатой к моему телу, притихшая и молчаливая.
Я чувствовал вину за то что набросился на неё как взбесившийся похотливый зверь. Но в тот момент когда она снова оказалась в моих руках мой мозг взорвался и дикое вожделение скрутило меня так жестко что соображать я уже не мог. Самое ужасное что реши она в тот момент остановить меня и кричи во все горло «Нет!» я не смог бы уже остановиться. Это была лавина что подмяла меня. Она постепенно копилась все время пока я искал её мучаясь от ревности и беспокойства. Она росла когда я пришел в клуб на концерт этой долбанной группы, с которой она колесила по стране. Я там не смог увидеть её даже мельком. Но вернувшись в гостиницу раньше них я за щедрое вознаграждение конечно узнал в каком номере она живет и что сегодня у них заказан столик в ресторане.
Екатерина нарисовалась там совершенно неожиданно. Я и забыл совсем в какой город я отправил её общаться с партнерами, потому как совершенно забросил дела.
Но когда Лиза вошла в зал ресторана беззаботно улыбаясь этим татуированным раздолбаям с дикими прическами и одетыми в едва висящие на бедрах джинсы и какие то невообразимые футболки моя личная лавина угрожающе покачнулась достигая критической массы.
Они явно веселились, пререкаясь за столом и один из говнюков всячески выделывался пытаясь стянуть все внимание на себя. Во мне стало расти дикое желание подойти и ткнуть в тарелку его смазливой рожей. Лиза сосредоточила все свое внимание на этом засранце и я уже люто ненавидел его за это. Но второй оказался внимательней и поймал мой видимо горящий жаждой убийства взгляд направленный на парочку и что то сказал Лизе. Она порывисто обернулась все еще храня на своих губах отсвет улыбки. И когда она увидела меня этот отсвет погас и лицо моей Ромашки помрачнело. И это было больнее чем получить удар ножом в сердце. Она не рада мне. Она улыбалась этому расписному говнюку обвешанному как новогодняя елка железками, а при виде меня погасла как свечка на резком ветру. Моё тело рванулось к ней раньше чем мозг приказал убираться оттуда на хрен. Я не нужен ей, это очевидно написано на её лице огромными горящими буквами.
Единственные в мире, любимые зелёные глаза не вспыхнули радостью, а смотрели настороженно, явно ожидая какого то косяка с моей стороны. И именно эта настороженность чуть охладила мою пылающею голову и позволила сдержаться и не разбить без разговоров лицо наглого юнца.
Но когда он посмел положить свою лапу на её плечо я стал смотреть на окружающее как сквозь красную пелену. В этот момент мне так захотелось обидеть Лизу, сказать или сделать хоть что то что доставить хоть маленькую толику той боли от которой задыхался сам. Она не хотела меня. Ни в свою постель, ни в свою жизнь. Гнала меня, желая остаться с этим мальчишкой. Моя жестокая Ромашка опять выбирала не меня. Даже не помню как ушёл. Очнулся в лифте когда почувствовал руку Кати на своём члене. Она терлась об меня и боролась с молнией на моей ширинке. Я откинулся на стенку лифта и поднял глаза к потолку позволяя ей продолжить. Но стоило только жадным прохладным пальцам проскользнуть под мои боксеры и обхватить вялый член, как меня буквально ледяной водой окатило от неправильности происходящего. Я ведь уже поступил так однажды. В гневе на Лизу я отступился и стал гасить свой гнев и неуёмную жажду по ней одной в множестве других. И к чему это меня привело кроме полной атрофии чувств и бесконечного бега по кругу? Чем быстрее и дальше от неё, тем ближе и невыносимей опять к ней. Без неё мне не жить нормально, вообще никак. Поэтому я пойду и узнаю почему опять не я. Посмотрю в глаза её и её молодому любовнику и может узнаю что же во мне на хрен не так.
Я оттолкнул руку Кати и застегнул штаны.
— Извини. Не стоит нам это делать.
— Но я хочу тебя продолжала настаивать и прижиматься Катя. Я так давно уже тебя хочу. Это тебя ни к чему не обяжет. Просто секс. Я никому не скажу и ничего не попрошу.
— Прости, Кать. Но между нами ничего не может быть. Это было бы неправильно. Не справедливо к тебе. Я люблю другую женщину. Всегда её любил. И хочу я её одну.
— Эту стерву там в ресторане? резко озлобляется девушка и красивое лицо её искажается. — Чем она лучше чем я? Я красивее и моложе! И я бы не стала менять тебя на какого то тупого панка!
— Замолчи, Катя! Не унижайся. Это ничего не изменит для меня, только испортит наши отношения и дальнейшее сотрудничество будет невозможно.
— И что? Ты уволишь меня из за этой долбанной шлюхи? сжимает кулаки Катя.
— Никогда не смей её так называть! Никогда! — ярость захлестывает меня.
В этот момент я впервые в жизни был готов ударить женщину.
— Почему? Почему она? Что в ней такого? сорвалась в слёзы Катя.
— Просто для меня существует на самом деле только она одна. Всегда так было. Все остальное просто обман. Прости. — лифт остановился и я вышел.
Спустившись по лестнице на Лизин этаж, я застал её как раз открывающей дверь номера. Ну что же пришло время для разговора.
