Когда я пришел в себя, вокруг было тихо и темно. Ни тебе криков, ни шума, ни суеты… я просто лежал на чем-то мягком, мои мысли размеренно текли, ни на чем конкретно не задерживаясь, а перед моими глазами маячила дочерна затемненная крышка, на которой тихонько светились разноцветные значки, с периодичностью раз в полторы секунды отсчитывая местное время.
Три… два… один…
«Программа реабилитации завершена, – доложила Эмма, и, как только циферки исчезли, крышка над моим лицом снова стала прозрачной. – Параметры физического тела в норме. Ментальная активность в норме. Отклонений в проявлениях магического дара не зафиксировано».
«Привет, подруга, – мысленно усмехнулся я, гадая, кто же именно вытащил меня из спортивно-обучающего модуля и, главное, своевременно запихнул потом в медицинский. – Рад, что мы все еще живы и по-прежнему вместе. Мы хоть последнюю загрузку с тобой закончили?»
«Да, – после короткой паузы сообщила она. – Критических последствий удалось избежать, однако какое-то время твое состояние вызывало серьезное беспокойство».
Я ненадолго прикрыл глаза.
Признаться, когда нас неожиданно накрыли, я почти не задумался, прежде чем забраться в модуль. Выхода попросту не было. Рано или поздно, так или иначе, но в хранилище люди директора все равно проникли бы. И вот после этого крайне маловероятно, что мне позволили бы завершить обучение.
Позицию доктора Нортэна по данному вопросу я прекрасно знал. Позиция директора наверняка была бы сходной. Я гарантированно услышал бы вердикт: «Исключено» и «Слишком опасно». В лучшем случае после всех этих событий меня снова ждал холодный карцер, в худшем – исключение. Поэтому раз уж все так сложилось и раз уж меня все равно приперли к стенке, то я подумал – да какого черта! И решил, что хотя бы одно дело доведу до конца.
И я его, судя по всему, довел, хотя, наверное, это было непросто, раз уж мне снова понадобилась реабилитация. Причем, судя по всему, намного серьезнее, чем в прошлый раз. По крайней мере, тогда у меня не саднила кожа в локтевых ямках, а сегодня сразу на обеих руках чувствовалось, что там недавно побывали посторонние предметы. Кожу на предплечьях и бедрах тоже явственно покалывало, словно ее недавно щедро истыкали иголками. К тому же сегодня в капсуле было душно, воздух оказался влажным, горячим, как в бане, да и лежащая на мягкой подложке рука неожиданно ощутила, что подо мной находится что-то мокрое.
Обжегшая на мгновение мысль чуть не заставила меня подпрыгнуть, но потом я заметил на крышке и на бортах модуля капельки влаги. Запоздало сообразил, что внутри ничем подозрительным не пахло. К тому же я был мокрым весь, с ног до головы, за исключением, быть может, лица. А это значило, что я, слава богу, не оконфузился во время лечения. Ну а если что-то такое и было, то меня уже заботливо вымыли, поэтому-то тут теперь и влажно.
Неожиданно сбоку раздался щелчок, и крышка медицинского модуля с тихим шорохом отъехала в сторону.
Я какое-то время еще полежал, прислушиваясь к себе, но серьезных отклонений не заметил. Судорог не было, хотя мышцы немного поднывали. Руки-ноги работали. Сердце стучало ровно. С дыхалкой тоже все было в полном порядке. И даже голова совсем не болела, ну разве что казалась чрезмерно тяжелой, и по ощущениям я бы сказал, что она сейчас не просто сильно распухла, но из-за избытка полученной информации отекла просто до невероятных размеров.
На всякий случай я поднял руки и аккуратно ощупал свою глупую бестолковку.
А нет. Черепушка по размерам осталась такой же. Правда, стоило мне только пошевелиться, как ощущение чудовищной раздутости стало заметнее. Ну а когда я сел, то почувствовал себя так, словно вместо нормальной головы у меня на плечах торчит большущий, до предела надутый водой пузырь.
Когда я осторожно повернул голову, этот бурдюк чуть ли не забулькал, вот-вот норовя расплескать по округе все свое содержимое. Всколыхнулся-то точно, я прям почувствовал, как внутри что-то плеснулось, и это оказалось жутко неприятно. Одновременно с этим у меня ненадолго потемнело в глазах, и я вдруг ощутил себя так, словно оказался в виртуальном кинотеатре, при этом мне в ускоренном режиме прокрутили подробный учебный фильм, в котором я сам… именно я, не какой-то посторонний парень… на одном дыхании провел целую серию поединков с невидимым противником. Причем сделал это настолько быстро, уверенно и эффектно, что у меня непроизвольно руки с ногами дернулись из-за накатившего невесть откуда безотчетного, но на редкость острого желания это повторить.
– Ну что, очнулся? – вырвал меня из созерцания странного фильма смутно знакомый голос.
