Я мельком пробежался по своему классу, но из наших с каникул вернулись все, недостачи не обнаружилось. Про остальные четыре класса я не знал – я в последние полгода вообще ничем, кроме тренировок и учебы, не интересовался. А единственный ученик, про которого я смог точно сказать, что он исчез, – это тот третьекурсник со сложной фамилией, который когда-то пытался разбить мое окно. Правда, поскольку никто на этом внимание не заострил, то и я вскоре забыл, как о чем-то несущественном.
В остальном новый год начался буднично и совершенно обычно. Ну разве что в рабочем процессе произошли некоторые перемены.
Во-первых, все наши достижения с начала нового учебного года благополучно обнулили, так что теперь баллы следовало набирать заново.
Во-вторых, минимальный порог для перехода в следующий класс повысился и составлял уже не сто баллов, а двести.
В-третьих, физкультура у нашего класса с этого года стала проходить не четыре раза в неделю, а сразу шесть. Плюс в расписании добавилась литература, заодно исчезла музыка, обществознание заменили на биологию, а вместо рисования появился предмет под названием «основы магического изображения».
Расписание индивидуальных тренировок для меня тоже несколько изменилось. Утро, как и всегда, осталось отдано под базовые упражнения. После обеда мне сохранили ежедневный факультатив по основам магии, однако почему-то поменяли учителя. Ну а все вечера лэн Даорн теперь посвящал освоению новых комплексов, поэтому времени, как и раньше, катастрофически не хватало. Но поскольку в два предшествующих месяца я был загружен гораздо больше, то можно сказать, что моя жизнь с началом учебного года существенно облегчилась.
А вот чему я действительно огорчился, это тому, что дополнительных занятий с лэном Арудом у нас больше не будет.
– Вам это не нужно, курсант, – пояснил свое решение наставник. – Лэн Аруд хорошо владеет магией огня и лишь совсем немного магией воздуха, поэтому он продолжит заниматься преимущественно с магами-огневиками вашего класса. Тогда как с вами в этом году будет работать лэн Олми Нуто. Его основная стихии – воздух, поэтому практика с ним вам однозначно пригодится.
Лэн Нуто, как я потом узнал, вел практические занятия по магии воздуха в более старших классах, мы просто не пересекались раньше. Поэтому чисто визуально я знал его в лицо, видел его имя в расписании, порой мы даже сталкивались в коридорах, но одно с другим у меня как-то не состыковывалось, вот я и не понял сразу, о ком речь.
Внешне он выглядел как самый обычный офисный клерк: невысокого роста, средних лет, невзрачный и неприметный человек, у которого, если верить директору, имелся большой опыт преподавания и магический дар, развитый по нужному мне направлению аж до четвертой ступени.
– Ну-с, курсант Гурто, – сказал он, когда я пришел к нему в кабинет и представился. – Давайте-ка посмотрим, что вы умеете. Лэн Даорн хочет, чтобы я максимально подтянул вас по своему предмету, поэтому сегодня я прогоню вас по теории, а с завтрашнего дня уже начнем заниматься на полигоне.
– На общем полигоне, лэн? – уточнил я.
Раз уж я теперь полноценный первокурсник, а не «малышня», то и полигон у моего класса теперь общий со всеми остальными классами. В том числе и на факультативе.
Однако учитель покачал головой:
– Нет, курсант. По распоряжению директора занятия мы будем проводить там, где вы обычно тренируетесь. Исключительно в целях безопасности.
Ну и хорошо. Там меня никто не увидит, да и я, если вдруг накосячу, никого не прибью.
И вот с этих пор работа, что называется, закипела.
Не знаю. Может, кто-то скажет, что это перебор, но мне в этом году учеба по всем направлениям давалась гораздо легче, чем в прошлом. Может, тут и более спокойная обстановка сказалась. Может, свою роль сыграло и нормальное отношение учителей. Но я вообще перестал ощущать нагрузку во время подготовки к занятиям. Запоминал все влет. На опросах отвечал почти без запинок. Домашнее задание готовил чуть ли не за несколько мэнов на предмет. Да и вообще ощутил, что за лето во мне многое изменилось. И я не только в физическом плане сделал приличный шаг вперед, но и соображать стал гораздо быстрее.
«Перестройка нервной системы завершена на двадцать два процента, – призналась Эмма, когда я заподозрил неладное. – Скорость выработки нейромедиаторов повышена. Запасы нейромедиаторов увеличены на четверть. Скорость передачи нервных импульсов возросла на восемь с половиной процентов».
«Ого. Да ты, милая моя, времени даром не теряешь!»
«Директива номер один, – напомнила она. – Теперь, когда у меня снова есть доступ к медицинскому модулю, процесс пойдет быстрее».
Хм. Я только за. А если бы еще и кости с мышцами побыстрее росли, было бы вообще замечательно.
