Эта пакость даже умудрилась меня грызануть за шею. Стоп. Что-то не так. Я ощупал место укуса и почувствовал, как кожа начинает вздуваться огромным бугром. Твою за ногу! Я провалился в Чертоги Разума и быстро провёл диагностику. И, мягко говоря, был неприятно удивлён. Под кожей бугрились личинки этой пакости. Меня аж передёрнуло от отвращения.
Вернувшись в реальность, я тут же использовал огненный покров, усилив его на максимум. Болотная жижа забурлила, испаряясь, в воздух поднялись зловонные клубы пара, от которого я закашлялся, а бугор на шее исчез. Понятно. Меняем покров молний на покров пламе… А-а-а! К чёрту! Пусть работают сразу два покрова. Не хочу, чтобы ещё какая-нибудь пакость меня грызанула.
Послышался всплеск. Из глубины топи ко мне стремительно приближались десятки синих светящихся сгустков. Я бы мог использовать магию льда или ещё раз жахнуть молнией, прикончив эту гадость, но тогда мне пришлось бы лезть за их тушами в болотную топь. А такого желания у меня не имелось.
Я дал возможность обитателям болот подобраться поближе и когда они выпрыгнули из жижи, чтобы атаковать меня, магия молний сделала своё дело. С кончиков моих пальцев сорвался электрический разряд и стал стремительно прыгать с одной твари на другую.
Обитатели болот выглядели как зубастые бесформенные слизни. Глаза у них отсутствовали, что говорило о том, что твари меня нашли либо по всплеску воды, либо по тепловому контуру. Как бы там ни было, молния попала в них. Раздались десятки глухих хлопков. Тела слизней лопались, словно воздушные шарики. Поверхность болота покрылась ошмётками этих уродцев, к одному из них я и прикоснулся.
'Образец содержит следующие доминанты:
«Энергетический паразит — носитель способен как откачивать ману у жертвы, так и вливать в её тело собственную ману».
Ого! А это весьма занятно. В этом мире вечный дефицит маны и подобная доминанта просто неоценима. А ещё радует то, что можно закачивать собственную ману в ядро другого существа. Это позволит с лёгкостью дестабилизировать каналы маны, а при хорошем стечении обстоятельств — и разрушить ядро маны.
«Беспозвоночный».
В червяка я не планирую превращаться. Поэтому данная доминанта точно летит в помойку.
«Тепловое зрение».
Весьма неплохо, но явно не то, что бы я оставил себе.
«Падальщик».
Я и так могу переварить всё что угодно. Поэтому падальщик также летит в переработку.
«Целебная слизь».
Ну-у-у… Она, конечно, целебная, но всё же слизь… Фу. Представьте себе целителя, покрытого с ног до головы зеленоватой отвратительно воняющей слизью. Он распахивает объятия и говорит «Деточка, обними меня и все болезни пройдут!» стали бы вы обнимать такое существо, если имеются более традиционные способы лечения, без вот этой мерзоты?
«Жажда крови».
Понятно. Они хотели не только маной полакомиться, но и кровью. Типичные кровососы. А что есть ещё? Ничего. Жаль. Думал, может встретится хоть что-то полезное. Осмотревшись по сторонам, я не обнаружил новых угроз. Собрал десяток ошмётков и собирался поглотить образцы, когда над головой послышалось громкое жужжание. Посмотрев вверх, я почувствовал, как тело напрягается само собой.
Небо полностью почернело от огромного роя крупных жутких насекомых с переливающимися хитиновыми панцирями и острыми длинными жвалами. Они кружили над болотом, словно живая туча.
— Кажется, дождь собирается? — пробормотал я с нервной улыбкой, отступая на шаг назад.
Жужжание стало оглушительным и рой из бесчисленных насекомых устремился вниз. Я зашвырнул ошмётки слизней в хранилище, вдохнул поглубже и заорал:
— Старшина! Я выбираю тебя!
Рядом со мной возник старшина Огнёв, а в правой руке десяток жемчужин. В глазах старшины непонимание, а объяснять что происходит времени не было. Я схватил его за затылок и запихнул в рот Слёзы Мироздания. Глаза Огнёва вспыхнули бушующим пламенем. Рот раскрылся и выдал такую тираду мата, что она заглушила жужжание жуков, а в следующую секунду мир утонул в огне.
Пламя голодным хищником взревело, распространяясь по воздуху и мгновенно испепеляя подлетающих тварей. Со всех сторон послышался оглушительный треск. Рой в панике пытался изменить траекторию полёта, но было уже поздно. Жуки превращались в пепел моментально.
Вокруг бушевал огненный шторм. От жары воздух колыхался и искажался, топь высыхала, превращаясь в потрескавшуюся обугленную землю, а насекомые гибли тысячами, десятками тысяч. Я спокойно стоял в эпицентре этого огненного хаоса, чувствуя лишь лёгкое тепло и удовлетворение от уничтожения очередной партии тварей. А ещё я немного поджирал пламя Огнёва, чтобы восстановить ману. Чего добру пропадать?
Спустя несколько минут от роя не осталось ничего, кроме тонкого слоя пепла, медленно оседающего на землю. Я с облегчением выдохнул, и провёл рукой по волосам, стряхивая сажу.
— Михаил… — прорычал Огнёв.
— Помню. Найти женщину и ящик коньяка за работу, — перебил его я и отправил старшину в Чертоги Разума.
Исчезая, он успел выкрикнуть:
— За такое и двух ящиков мало!
— Значит, будет тебе три ящика. Алкаш, — устало усмехнулся я.
