В тот же миг разорванная на части нежить прекратила дёргаться в конвульсиях и замерла, не получая подпитку некротикой. Издалека на меня смотрели родственники Тигуань Иня. На их лицах застыл шок и непонимание, что сейчас произошло. Я же не стал ждать их благодарности.
Вместо этого я телепортировался в Кунгур. Спустился на парковку супермаркета, где мы устроили темницу. Здесь пахло сыростью, а тусклое освещение навевало мрачные мысли. Хотя возможно, их навевали картины резни, устроенной в Пекине. Всё это до сих пор стояло перед моими глазами.
Войдя в одну из камер, я выбросил из пространственного кармана Хазарова. Его глаза всё ещё горели фиолетовым пламенем, а обожженное лицо расплылось в безумной улыбке, больше похожей на оскал зверя. Минуту мы смотрели друг на друга, не двигаясь. Я решал судьбу Хазарова, он же покорно ждал нового приказа. Время тянулось, а пламя в глазах некроманта медленно угасало, так как вокруг не было некротики.
— Значит так. Будешь сидеть тут, и чтобы носа отсюда не высовывал, — произнёс я, глядя в его потускневшие глаза.
Хазаров молча кивнул и, словно покорная марионетка, медленно встал на одно колено, склонив передо мной голову. Весьма странный жест, ведь я ничего подобного не приказывал. Ну да чёрт с ним. Я захлопнул дверь, запер её на тяжёлый засов и вернулся в Челябинск. Нужно завершить праздник, который я же и организовал.
Остановившись на пороге ресторана, я почувствовал лёгкую усталость. Денёк выдался непростым. А значит, можно отдо…
Окно зала взорвалось мелким крошевом, так как через него вылетел избитый до полусмерти человек. Послышались крики и звон бьющейся посуды. Сердце тревожно ёкнуло, заставив меня ускорить шаг.
Ворвавшись в ресторан, я увидел крайне неприятную картину: зал был в хаосе, столы перевёрнуты, на полу валялись сломанные стулья и осколки посуды, а в воздухе стоял тяжёлый запах спиртного и крови. В центре зала мои друзья — Макар и Серый. Они стояли, прижавшись друг к другу спинами, а против ребят выступила банда из десяти гвардейцев Юсупова. Бойцы были озлобленными и пьяными вдрызг.
— Что происходит⁈ — попытался вмешаться я, быстро приближаясь.
Один из гвардейцев, крупный и заросший щетиной, резко повернулся ко мне и насмешливо произнёс подпитым голосом:
— Сморите, мужики. Защитничек пожаловал. Хочешь заступиться за этих сучат⁈
Я сделал шаг навстречу, выставив перед собой руку. Всё же не хотелось устраивать драку. Иногда можно всё решить миром.
— Господа, успокойтесь, не надо разносить кабак…
Но не успел я договорить, как в лицо мне полетел массивный кулак. Цели он не достиг, лишь просвистел мимо.
— Ну хорошо. Если у тебя чешутся кулаки, то можешь почесать их об меня, — хищно оскалившись, я сделал шаг вперёд и почувствовал острую боль.
Адаптивная броня может не только покрыть поверхность кожи, но и спрятаться под ней. Как вы понимаете, для этого фокуса, стальная жижа заставляет кожу отслоиться, фактически отрывая её от мяса. Удовольствие то ещё. Но, как говорит Леший, «хороший понт дороже…»
Додумать я не успел. Гвардеец ударил снова, я же не стал уворачиваться, лишь двинул вперёд, выставив лоб навстречу его кулаку. Эх! В момент, когда удар достиг цели, в моей голове родились стихи. Кхе-кхе! Это я прочистил горло, если что. Итак, стихи!
О, это дивное мгновенье,
Передо мной явилась кость.
Как мимолетное виденье,
Как гений, выплеснувший злость.
Возможно, я слишком стремительно шагнул навстречу, а может, удар был чертовски силён. Но у гвардейца сломались кости. Куча костей! Как минимум по паре в каждом пальце. А лучевые пробили кожу предплечья.
— А-а-а! Сука! — заголосил гвардеец, а его товарищи тут же потеряли интерес к Серому и Макару, переключившись на меня.
Я почувствовал, как кровь струится по лбу. Вот же, зараза. Кожу рассёк. Ну да ладно. Ему сейчас куда больнее. В моих глазах вспыхнула ледяная ярость, заставившая броситься в бой. А чего ждать? Всё равно драка неизбежна. Эти идиоты слишком пьяны, чтобы понять, что у них нет и призрачного шанса на победу.
Громко расхохотавшись, я врезался в толпу солдат, вооружившись сельской мельницей. Это когда лупишь кулаками наугад. Со всех сторон на меня посыпались удары, вот только одним везло попасть в висок и затылок. Они просто ломали себе кости. Другие же попадали в мой лоб. Они тоже ломали кости, но ещё и получали химические ожоги от контакта с кислотной кровью.
Макар и Серый тоже не стояли без дела. Лупили всех без разбора. Кажется, даже бармену прилетело.
Завязалась жестокая драка: кулаки и ноги били без промаха, стулья ломались о головы, тяжёлые удары роняли бойцов на пол одного за другим. Кровь брызгала на пол и стены, разбитая посуда разлеталась во все стороны, осколки стекла хрустели под ногами. За окнами ресторана собирались зеваки, но никто не решался вмешаться. А вот к гвардейцам прибыло подкрепление. Два десятка крепких ребят.
— Идите сюда! Я вас всех положу! — заорал Серый, сжимая в руках ножку от стула.
