Моё внимание привлёк лязг металла. Рукоять меча вывалилась из глазницы зверюги и рухнула на бетон. Фактически от меча осталась лишь рукоять, да и она уже практически растворилась в кислоте. И как мне достать из этой скотины Слезу Мироздания? С помощью Всевидящего Ока, я разглядел, что она находится в брюхе твари, но вот копаться в его кишках я не имею ни малейшего желания…
Задержав дыхание, я склонился над тушей зверя, ухватился за волосок, торчащий из его гривы и почувствовал, как дымок от кислоты щиплет глаза. С силой деранул волосок на себя. Не поддаётся. Это что за фокусы? А ну, иди сюда, падла! Упёрся ногой в морду и дёрнул изо всех сил. Волосок поддался на мои уговоры и таки вылез из гривы, заставив меня рухнуть на пятую точку.
Тяжело дыша, я услышал в коридоре медленные шаги. Две пары ног приближались.
— Мишка. Ты живой? — прошептал Леший.
— Не подходите. Тут дышать нечем, — предупредил я и, быстро встав с пола, выскочил в коридор.
В десяти метрах от меня стоял Леший и держал под руку Прохорова, который практически потерял сознание. Стояли они в кромешной темноте и щурились от света, льющегося из моей ладони. Я сделал пару шагов в сторону ребят, но почувствовал, что остатки маны иссякли, и пламя погасло.
Чернота затопила всё вокруг. А ещё Всевидящее Око перестало работать. Плохи наши дела. Даже не сможем устроить обыск на складе, да и заметить приближающихся тварей тоже. Хотя, есть уши Прохорова. Только на них вся надежда.
— Вы как? — спросил я, идя сквозь темноту.
— Я нормально. А Артёма неслабо приложило. Похоже, сотрясение схлопотал, — ответил Леший, пыхтя от натуги.
Я вытянул вперёд руку и нащупал чьё-то плечо. Ага. Судя по тому, что владелец плеча висит, словно тряпка, это Артём. Подхватил его с другой стороны. Бормочет какой-то бред. Видать, и правда крепко ему досталось.
— А когда будет обед? Жрать хочется, — прошептал заплетающимся языком Прохоров.
— Обед? — усмехнулся Леший. — Стоит благодарить богов за то, что мы сами не стали обедом.
— Простите. Не думал, что так всё обернётся, — сказал я и потащил Прохорова в сторону лестницы, ведущей на первый этаж.
— Ты хотел, как лучше, — подбодрил меня Леший.
— Ага. Как всегда, благие намерения помогли заварить такую кашу, из которой лишь чудом удалось спастись, — улыбнулся я.
— Оно того стоило? — пробормотал Прохоров и, похоже, потерял сознание, так как навалился на нас всем весом.
— Более чем, — довольно сказал я и почувствовал, что мы приближаемся к ядовитым испарениям, исходящим от бычьей крови. — Задержи дыхание, — сказал я Лешему, а после ускорил шаг.
Проходя мимо быка, я потянулся к глубинам своей души и призвал голема.
— Гали-и-ина! — завопила появившаяся Галя и немного осветила коридор фиолетовыми кристаллами, торчащими из её щёк.
Не глядя, я швырнул её в сторону откуда исходило кислотное зловоние. Голем стал рикошетить от стен и пола, набирая скорость. На этот раз всё было по-другому. Довольно быстро я услышал чавкающие звуки. То ли Галя попадала по луже пролитой крови, то ли сумела расковырять бычью тушу.
Как бы там ни было, я надеялся, что запас энергии у Гали кончится позже, чем она сумеет выпотрошить быка. Ведь если она сможет пробить его кожу, то я получу Слезу Мироздания. А от такой твари я ожидаю лишь чертовски ценную жемчужину.
Пока мы тащили Артёма к лестнице, его копьё мерно постукивало по бетону. Вот же дурень. Сознание потерял, а копьё из рук так и не выпустил. Впрочем, когда мы поднялись на пару пролётов выше и свет озарил наши лица, я понял, что у меня настоящая команда хомяков!
Леший, вытаскивая Артёма из кромешной тьмы, умудрился отыскать банку кофе и пачку сахара, запихнул их за пазуху и только после этого отправился на мои поиски. Да-а-а. С такой командой мы не пропадём. Осталось лишь немного их усилить. Леший заметил мою руку.
— Это…? — Выдохнул он и замер, не сводя глаз с кисти, опалённой кислотой.
Регенерация замедлилась. Мышцы и сухожилии она успела восстановить, а вот с кожей пока были проблемы… Кисть покрывала тонкая плёнка, больше напоминающая слизь; выглядело это паршиво. А есть я хотел так, что был готов вернуться и оторвать от бычары огромный ломоть кислотного мяса и впиться в него зубами.
— Угостишь сахарком? — спросил я, вымученно улыбнувшись.
— Чего? — нахмурился Леший, не поняв, о чём я, а после быстро закивал и полез за пазуху.
Откупорив пачку рафинада, Лёха наткнулся на монолитный белый кирпич, который пришлось шваркнуть об стену, чтобы его расколоть. Взяв пару обломков, он протянул мне, а я их тут же отправил в рот. Мои вкусовые рецепторы утонули в сладости. Блаженство! Кажется, жизнь начинает налаживаться.
Югорск.
Имение графа Черчесова.
Даниил Евгеньевич насвистывал весёлую мелодию, сидя в комфортабельном салоне своего новенького броневика. Внутри пахло кожей и благовониями, рядом Мариночка, томно смотрящая на графа.
