— Да нет, ничего. Просто Фрол — правая рука Барса, и чтобы он лично за кем-то приходил… Короче, не припомню я такого. А если уж Барс послал Фрола, то скорее всего, тот, к кому он пришел, исчезнет без следа. Смекаете? — На этих словах старик покосился в сторону выхода.
— Отличная страшилка, — оценил я.
— Дурилка картонная. Совсем страх потерял? Или ты ещё слишком мал, чтобы понять, что происходит? — нахмурился дед.
Я решил не комментировать его бубнёж и перешел к делу.
— А можно нам вернуть часть денег, которые мы заплатили за ночлег? Не факт, что мы вернёмся сюда в ближайшие пару дней.
— Ты шо такое лепишь? Ряпчики уплочены, ряпчики потрачены. Ставок больше нет, — изумлённо заявил старик и вывернул пустые карманы.
— Отличный сервис, — ухмыльнулся я. — Дай ключ от номера, и мы пойдём спать.
— Дай. Ничё себе. Какая фамильярность, — хмыкнул старик, хрустнул спиной и, недовольно бухтя, пошел за стойку ресепшна. Достал ключ и швырнул его мне. — Жрать будете?
— Будем спать, — ответил я и направился в сторону номера.
Поспешили мы арендовать номер на длительное время. Впрочем, никто не знал, что нас пригласят в разлом. Жаль, что я понятия не имею, сколько эта вылазка займёт по времени. Если бы мы шли пешком, то потратили пару дней, а на вездеходах… Можно и за день управиться, но только в случае, если зачистка разлома пойдёт по плану.
Мы шли по длинному коридору, тускло освещённому светильниками, которые старик приколотил к стенам гвоздями. Выглядело это, мягко говоря, по-уродски. Но старый и не стремился создать пятизвёздочный отель. Зачем? Альтернативы в поселении всё равно нет.
Деревянные доски скрипели под ногами, а в воздухе пахло табачным перегаром, оставленным незваными гостями. Остановившись у двери, я вставил ключ в замочную скважину и попытался его провернуть. Увы, не вышло. Он будто заел. Пришлось надавить на створку плечом, после чего замок щёлкнул и дверь открылась.
Мы вошли в номер и устало разбрелись по спальным местам. Я сбросил вещи и завалился на кровать.
— Вам не кажется странным, что старик так трясся от страха при виде Фрола? — спросил Прохоров.
— Да чё тут странного? Я и сам струхнул, когда он рявкнул, — ответил Макар.
— Это да. Орёт, как резаный. Придурок, — согласился Артём.
— А голос у него армейский. Скорее всего, дезертир или военный преступник, — вынес свой вердикт Леший.
— Почему так думаешь? — спросил я у Лёхи, хотя сам пришел ровно к таким же выводам.
— Да с того, что в Ленске каждый первый сиделец. — Леший потянулся и, зевнув, отвернулся к стенке.
— Ты достал уже со своими сидельцами. Буквально в каждом видишь уголовника, — возмутился Прохоров.
— Завидуешь моей чюйке? — спросил Лёха. — Тогда завидуй молча. Я ж не просто так ляпаю абы что. Гвардейцы говором на уголовников похожи, да и татухи у них не чёрного цвета, как у нас, а синего. — Помолчав пару секунд, Леший неуверенно добавил. — Правда я не знаю, каким цветом татуировки должны быть у других родов. И вообще, делают ли там татухи?
— Это не важно. Серьёзных проблем в Ленске нам никто не создавал, а значит, побудем тут какое-то время, — сказал я.
— Ребят, давайте спать. Я уже вырубаюсь, — зевнул Серый и выключил свет.
— Да, давайте спать. Только окошко открою проветрить, — согласился я.
— Только ненадолго. Дубак на улице, капец, — попросил Леший и плотнее завернулся в одеяло.
Я подошел к форточке, открыл её и выпустил на свободу крошечного воробья. Мимо вспорхнул с моей руки и полетел от дома к дому, заглядывая в окна. Закрыв форточку, я вернулся на кровать и переключился на зрение мимика.
С одной стороны, Ленск был интересным поселением, а с другой стороны — мало чем отличался от любой другой деревни. В одном окне мужики глушили самогон и травили байки о том, как охотились на недооборотней. В другом толстяк положил пышную женщину на стол и задрал ей юбку… Гхм. Думаю, суть ясна. В следующем окне жена кормила мужа борщом с салом.
Вроде, ничего необычного. Жизнь — она везде такая. А вот в следующем окошке оказалось немного интереснее. Фрол зашел в кабинет Барса и рассказал о том, что мы сломали ногу их бойцу. Барс молча выслушал и со скучающим видом кивнул. Мол, ну сломали ногу и сломали, с кем не бывает? Но когда Фрол сказал, что нанял нас на работу, выражение лица Барса изменилось.
Особенно его заинтересовал рассказ Фрола о том, что я умею пользоваться магией. Барс потребовал, чтобы Фрол рассказал во всех подробностях, о чём говорили, как я реагировал, а также — какое заклинание использовал. Услышав про ледяные иглы, он презрительно скривился.
Подумав пару минут, кивнул и сказал «Хотя для такого сопляка второй ранг магии льда в пять лет — это просто охренеть». С этим был согласен даже я. Разговор продолжался ещё пару минут, а после Барс заявил, что пойдёт в разлом вместе с нами. Хочет собственными глазами увидеть, на что я способен. Фрол возражать не стал.
