– В тебя загружены разумы многих людей. Это не может не повлиять на твою точку зрения.
«Во мне хранятся воспоминания многих людей, – поправил ее РИ. – А это совсем другое дело».
– Хорошо. Но ты хоть знаешь, что представляет собой инверсионное ядро?
«В период между его появлением и установкой барьера я подключался лишь к немногим сенсорам Солнечной системы. АНС до сих пор считает подобные действия грубейшим нарушением. Так что я не могу сказать тебе ничего, кроме того, что оно имеет экзотическую природу. И, что очень необычно, квантовая структура абсолютно недоступна».
– Выходит, неизвестно, что в силах справиться с ним?
«Возможно, флотилии устрашения или воинам-райелям это и удалось бы. Других вариантов я не вижу. И еще: тот корабль, в котором оно скрылось, обладает невероятной мощностью и скоростью».
– Я знаю. Если Араминта попытается связаться с Ларилом…
«Поль и я немедленно подключим тебя к разговору», – заверил ее РИ.
– Спасибо. И позволь мне узнать твой код, если не возражаешь.
«Как пожелаешь».
Светящиеся линии перед глазами Паулы свернулись, и в ее экзо-зрении вспыхнула новая иконка связи. Быстрая проверка при помощи интел-центра показала, что РИ не предпринимал попыток внедриться в корабельные системы. Она этого и не ожидала, но…
Ее юз-дубль открыл секретный канал связи с Высоким Ангелом.
«Паула, – приветствовал ее Кватукс. – Наша ситуация не улучшилась».
– Как я понимаю, президент просил тебя попытаться пробить барьер.
«Да, просил. Мне кажется, это невозможно, но я откликнусь на его просьбу. Бездействие в такой ситуации было бы абсолютно безответственным. В ближайшее время мы прилетим к Солнечной системе».
– Райели снова принимают участие в жизни галактики? Я думала, такое противоречит принципам вашей расы.
«Это особая ситуация, которой мы ждали долгие тысячелетия. Наше вмешательство закономерно».
– Я полагаю, что барьер вокруг Солнечной системы построен по тому же принципу, что и преграда вокруг Пары Дайсона. Ускорители долгое время изучали Темную Крепость.
«Мы тоже выдвинули такое предположение. Если оно подтвердится, Высокий Ангел не сможет пробить барьер».
– А как насчет боевых кораблей райелей?
«Я не думаю, что им повезет больше. Хотя у них могли появиться новые разработки, о которых мне неизвестно. Генератор, что вы называете Темной Крепостью, – вершина нашего искусства».
Последнее заявление вызвало у Паулы легкий трепет облегчения. Древняя загадка наконец решена.
– Это райели построили Темную Крепость? Мы давно отметили ее сходство с Защитными Комплексами вокруг станции Центурион.
«Да. Это устройство с базы Галактического Ядра. У него несколько функций, и силовое поле – лишь одна из них».
– Вы говорили, что Пару Дайсона окружили барьерами аномийцы.
«Так и есть. Мы одолжили им эти устройства. После провала нашего вторжения в Бездну мы построили их очень много. Как верно заметили представители вашей расы, они – последняя линия обороны на случай фазы катастрофической экспансии».
– Значит, райели способны предотвратить экспансию?
«Ответа мы не узнаем, пока она не начнется. Это наилучшая схема, которую мы могли бы создать, но испытаний не было».
– И теперь крайне важно, чтобы Араминта не возглавила паломничество в Бездну?
«Да».
– Я сделаю все, что в моих силах, не сомневайся.
«Я знаю, Паула».
– Но мне может потребоваться помощь.
«Только попроси, я сделаю все, что сумею».
Лес наконец-то расступился, и перед ней на многие мили, до самого берега, охраняемого множеством дюн, раскинулась волнистая равнина, поросшая густой травой. Яркая синева океана сверкала солнечными искрами, пляшущими в ласковых волнах. Араминте стало грустно: она понимала, что ей никогда не придется прогуляться по этому пляжу и искупаться в чистой прохладной воде. Огромное четвероногое животное, на котором она ехала, фыркнуло и помотало массивной головой, словно разделяя ее огорчение.
– Не расстраивайся, все эти красоты природы со временем надоедают, – сказал ей Брэдли Йоханссон.
Он ехал рядом с ней на таком же скакуне, а с другой стороны ленивой рысцой ее сопровождал Облачный Танцор.
– И через какое же время? – поинтересовалась Араминта.
– Лет через тысячу, – проворчал Облачный Танцор. – Природа настолько разнообразна, что достойна восхищения. Ее очарование никогда не иссякает.
Брэдли Йоханссон сжал свой круглый рот и испустил пронзительный крик, похожий на звук трубы. Они провели втроем в пути полтора дня, покинув праздник на берегу залива, и Араминта успела понять, что этот звук означает хихиканье.
– Здесь так чудесно, – вздохнула она.
