Евреи ислама полностью

Экономическое положение османских евреев оставалось в целом плачевным. Профессии, наиболее часто фигурирующие в записях школ Альянса о родителях учеников — разносчики, старьевщики, лудильщики, сапожники, торговцы спичками, водовозы — не высоко доходны. Проиллюстрируем на одном лишь примере: еврейская община Силиври, небольшого городка недалеко от Стамбула, была подробно описана представителями Альянса в 1907 году. Из 400 еврейских семей в Силиври они расписали по профессиям 282, а именно: 130 уличных торговцев, 50 чистильщиков обуви, 40 водовозов, 20 бакалейщиков, 12 жестянщиков, 4 мясника, 3 ювелира, 2 сапожника, 2 менялы, 1 торговец кожаными изделиями, 1 стекольщик, 7 портных, 3 парикмахера, 3 трактирщика, 2 государственных служащих, 1 каменщик, 1 корзинщик и большое множество людей, записанных как «работники по возможности», то есть предположительно живущие случайными заработками и разовыми работами. Кроме того, большинство еврейских девушек в Силиври плели кружева для различных заказчиков в Стамбуле. Лишь 12 из 400 семей описаны представителем Альянса как «notables <…> veritablement à l’abri du besoin» — «живущие обеспеченно, кому не грозит нужда». Такова картина, сопоставимая со многими другими общинами³³.

Школы Альянса внесли важные изменения. Там обучали ремеслам и французскому языку — оба этих фактора имели огромное значение в инициировании подъема евреев Османской империи, продолжавшегося и в XX веке, особенно после революции 1908 года. Однако положение евреев оставалось относительно слабым. Они, как и во многих других отношениях, не поднялись вместе с христианами, а пали вместе с турками, от которых в конечном счете зависела их судьба.

Заключительный этап упадка османского еврейства начался с оккупации Салоник греческой армией в конце 1912 года в результате Балканской войны. Салоники, которые евреи часто называли la madre de Israel, «городом и матерью Израиля», действительно были крупным еврейским религиозным и культурным центром, самой развитой еврейской общиной в Османской империи и лидером сефардских общин во всем мире. Этот город перешел от турецкого к греческому правлению. Евреи Салоник, помня о долгой истории коммерческого соперничества и антисемитской агитации греческих соседей, смотрели на это изменение с большой опаской. Относительно их возможной судьбы при греческом правительстве опасения оказались неосновательны. Тем не менее они были обречены потерять свой raison d’être, смысл существования. Евреи Салоник никак не могли надеяться выстроить с греками тот симбиоз, в котором они благоденствовали с турками. Как часть Османской империи, Салоники имели естественные экономические внутренние районы на османских Балканах, которые теперь утратили, став северо-восточным форпостом греческого королевства. В 1914 году Османская империя ввязалась в Первую мировую войну, и ее евреи, как и все подданные, были вовлечены в окончательное крушение. Деградация еврейской общины Салоник, отрезанной как от экономики, так и от еврейских внутренних районов, продолжалась постоянно вплоть до ее уничтожения нацистами.

Евреи Ирана в тот же период страдали от похожих бед, и страдали даже больше, не пользуясь преимуществами их собратьев на османских землях. Изолированные среди враждебного и фанатичного населения, они редко могли рассчитывать на охрану со стороны государственной власти. И еще один недостаток жизни в отдаленной стране: там было мало визитеров, христиан или евреев, которые могли бы увидеть их бедственное положение и рассказать о нем миру.

Тем не менее такие путешественники все-таки находились, и их описания, в целом совпадающие, подтверждаются отчетами представителей Альянса с 1865 года, когда в Иране были созданы школы. Еврейский путешественник Дж. Дж. Бенджамин, который оказался в Иране в середине века, резюмировал несчастья персидских евреев в пятнадцати пунктах: