Среди многочисленных мифов советской истории один из самых стойких и распространенных — миф о роли евреев в «органах», причем существует он в двух взаимоисключающих вариантах.С одной стороны, бытует мнение о «еврейском засилье» в советских спецслужбах.С другой — об «антисемитской политике» КГБ.«Патриоты» публикуют бесконечные списки чекистов с «сомнительными» фамилиями, обличая их «зловещую роль» в отечественной истории.«Либералы» проклинают «гэбистов-юдофобов», преследующих невинных сограждан по «пятому пункту».Что в этих обличениях правда, что ложь? И как все было на самом деле?Книга Вадима Абрамова ставит в данной теме жирную точку. Здесь впервые трезво и беспристрастно, на основе неопровержимых архивных документов, раскрывается истинная роль и степень влияния евреев в советских органах госбезопасности, приводятся не липовые, а подлинные списки, «процентные нормы» и подробные биографии чекистов-евреев с первых и до последних лет советской власти.
В России есть две возможности не попасть в тюрьму, впрочем, тоже не гарантированные: надо не быть евреем и генералом госбезопасности.
Смотри, парень, как бы нас не обвинили в антисемитизме!
Последний эпиграф отражает в какой-то мере опасения автора-составителя. Но стремление объективно рассмотреть вопрос, десятилетиями служащий предметом политических спекуляций со стороны разных (отнюдь не светлых) сил позволяет надеяться, что разумные люди правильно воспримут тему данного исследования.
Автор благодарит историков B.C. Измозика, О.И. Капчинского и А.И. Колпакиди, ценными сведениями и советами оказавших большую помощь в данной работе.
До революции 1917 года наличие евреев в органах государственной безопасности Российской империи в качестве официальных сотрудников было практически исключено в силу законов, регулировавших положение еврейского населения в России. Так, в Отдельный корпус жандармов не допускались «лица, женатые на католичках, и евреи, хотя бы крещеные», а филерами «не могли быть лица польской и еврейской национальности».[3] Несколько отличалось положение евреев, принявших христианство. Для них бывали исключения, хотя и крайне редко.
Только таким образом среди высокопоставленных руководителей Министерства внутренних дел (размещавшегося в доме на набережной реки Фонтанки) могли оказаться этнические евреи. Сделавшим наиболее успешную карьеру могут считаться предположительно Борис Владимирович Штюрмер — ярославский губернатор, директор департамента МВД, министр внутренних дел и председатель Совета министров в 1915–1916 г.г. (о том, что еще отец Штюрмера крестился, сообщает в своих в целом недостоверных воспоминаниях секретарь Распутина Арон Симанович) и Дмитрий Константинович Гершельман (генерал от инфантерии, начальник штаба Отдельного корпуса жандармов в 1907–1913 г.г.).
Собственно делами тайной полиции Штюрмер занимался мало, в отличие от некоторых крестившихся евреев, сделавших карьеру в Департаменте полиции. Сергей Евлампиевич Виссарионов достиг постов заведующего Особым отделом (1908–1910) и вице-директора ДП (1912–1913). Перешли на штатную работу в Департаменте бывшие секретные сотрудники Михаил Иванович г. — рович и Аркадий Михайлович Гартинг, заслуживающий более подробного рассказа, хотя бы в силу занимаемой должности. О нем немало писали, выразительные портреты создали писатели Юрий Давыдов (роман о народовольцах «Глухая пора листопада») и Юлиан Семенов (роман-трилогия о Дзержинском «Горение»), но наиболее полные сведения собрал современный историк B.C. Брачев.[4]
A.M. Гартинг, бывший изначально Ароном Мордуховичем Геккельманом, родился 20 октября 1861 года в местечке Каролин Пинского уезда Минской губернии в семье купца 2-й гильдии. После окончания экстерном гимназии в Твери в августе 1882 года он поступает на естественное отделение физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета, но уже менее чем через месяц, в сентябре, уходит из университета и переезжает в Варшаву, но вскоре возвращается в северную столицу. Исследователи биографии Геккельмана-Гартинга ставят под сомнение встречающиеся в литературе данные о его обучении в Санкт-Петербургском Горном институте и Рижском политехникуме. В Петербурге Геккельман был завербован инспектором Санкт-Петербургского охранного отделения подполковником Отдельного корпуса жандармов г. П. Судейкиным, по заданию которого помогал революционерам печатать подпольную газету «Народная воля» в Дерпте (Тарту). В марте 1883 года Геккельман был официально зачислен в агентуру Департамента полиции.
После раскрытия полицией нелегальной типографии и арестов народовольцев в январе 1885 года Геккельман уезжает в Швейцарию, где под именем А. Ландезена учится в Цюрихском политехникуме, вместе с другими революционно настроенными студентами из России.
