Ущерб этот прежде всего выразился в отходе всего еврейства СССР, а молодежи в особенности, от иудейской религии, которая, будучи неразрывно связана с происхождением и особенностями быта, веками служила надежной и верной защитой от растворения евреев в окружающей среде, чего евреи всего мира так боятся и против чего ведут ожесточенную борьбу.
Жизнь оказалась сильнее обветшалых схоластическо-мистических установок иудаизма. И все попытки еврейских политических партий, таких, как «Бунд», «Поалей-Цион» и «Сионистов-Социалистов» совместить верность иудейской религии с верностью атеистическому марксизму-коммунизму – не привели ни к чему.
Недешево обошедшаяся всему населению СССР попытка «евсеков» создать еврейские национальные области и еврейские учебные заведения, а также еврейскую «национально-персональную» автономию и культурные учреждения, как указано выше, претерпела полный крах. И причиной этого краха было отнюдь не противодействие коренного населения, а самих евреев.
Многочисленная в начале революции категория евреев, совмещавших верность Талмуду с верностью догмам коммунизма, как, например, Исаак Бабель, быстро стала исчезать. «Евсеки» и их последователи уходили со сцены, не сумевши создать себе смену из молодого поколения.
Неразрывно связанные с отходом от Талмуда и замкнутого еврейского быта, ассимиляционные настроения в еврействе стали крепнуть и расти. Смешанные браки, замена в быту разговорного языка «идиш» языком русским, нежелание даже изучать «идиш», на котором по данным последний переписи (1959 г.) могли читать и писать только 20 % евреев – граждан СССР – все это несомненные признаки процесса ассимиляции, совершенно добровольной.
Процесс этот не идет так быстро, благодаря наличию сохранившегося и до настоящего времени у евреев иррационального отталкивания от тех, кого их предки называли «гоями», что препятствует и смешанным бракам, и полному растворению в культуре окружающей среды. Подсознательно, сам не отдавая себе в этом отчета, еврей продолжает всех людей делить на «наших» и «не наших». Преодоление этого деления идет гораздо медленнее, чем отход от религии и языка. Когда оно будет изжито – предсказать нельзя.
Ущерб для русского еврейства в результате его превращения в правящий класс не ограничился только областью религиозно-культурной жизни евреев в СССР. Резко изменилось отношение к еврейству в целом и всего населения СССР. Не только широких народных масс, но и русской интеллигенции, которая всегда традиционно была настроена по отношению к евреям дружественно. Чрезмерная, бросающаяся в глаза, активность евреев при проведении мероприятий новой власти, не только не вызывающих одобрения населения, но и порождающих резко отрицательное отношение как к самим мероприятиям, так и к исполнителям, в корне изменила отношение к евреям даже тех, кто всегда был настроен юдофильски. Это обнаружилось в первые же годы советской власти, о чем написала статью Е. Кускова («Кто они?»), напечатанную в еврейской эмигрантской газете. Статья эта полностью приведена в части II этой книги (См стр. 486–487). В дальнейшем причины, порождающие отрицательное отношение к евреям непрестанно росли: огромный процент евреев в органах Чека, в деятельности активных безбожников, в издевательском отношении к национальным чувствам народа и памятникам его культуры, в искоренении самого слова прусский», во всех действиях новой власти, направленных к разрушению многого того, что для народа было свято.
И в то же время, тоже бросающееся в глаза, относительное материальное благополучие евреев на фоне общего голода и недостатка во всем необходимом, от чего страдало все население страны. Способствовать благорасположению к евреям это, конечно, не могло. И свои плоды принесло, укрепивши антиеврейские настроения, которые не проявлялись только из страха суровых наказаний.
Эти антиеврейские настроения ничего общего с тем, что называется «антисемитизм» не имели. Причина их была вовсе не в области религиозно-расовой, а только и исключительно в области материальной – недовольство голодного и бедного, наблюдающего жизнь сытых и богатых, да к тому же иноплеменников, пренебрежительно-презрительно относящихся к прошлому и культуре того народа, среди которого они живут и которым правят.
Не ощущать и не замечать этого всего народ не мог. Не замечал это и относил на счет «контрреволюции» и «пережитков прошлого» только новый правящий класс.
Русское же еврейство в целом, в результате, понесло такой моральный ущерб, который вряд ли когда-нибудь сможет быть восстановлен Оно, если не навсегда, то на долгий срок потеряло надежду на возможность хороших отношений с тем народом, на земле которого оно живет.
