«Перед государями или священниками, которые имеют крест на своем платье или носят на груди образ, как этого требует обычай владык, нельзя преклоняться или снимать шляпу, разве если это делается таким образом, что нельзя определить (для чего наклоняются); напр., нарочно роняют деньги (и поднимают их), или же надо встать раньше, чем они пройдут, и вообще следует снимать шляпу и делать поклон до их приближения» (Шулхан Арух, Иоре де'а 150, 3 Хага; взято из Терумоф Гадешен § 197) /15/.
«Аводе-заре принадлежит сад или баня: ими можно пользоваться, если не требуется ответной услуги, но нельзя пользоваться, если таковая услуга требуется…» (трактат Авода Зара, глава IV, п. 3) /12/.[129]
«Нельзя читать благодарственной молитвы над светильниками идолопоклонства» (Шулхан Арух, Орах-хайим 298, 5; взято из Тур) /15/.
«Запрещено слушать музыкальные инструменты идолопоклонства или глядеть на его украшения, когда находишь удовольствие при виде их» (Шулхан Арух, Иоре де'а 142, 15; взято из Раббену Иерухам). «Но когда не желаешь этого, тогда дозволяется» (там же, Хага) /15/.
По возможности предписывается даже и прямое уничтожение предметов чужого культа:
«Каждый, кто увидит идолов, сделает доброе дело, когда он сожжет и истребит их» (Шулхан Арух, Иоре де'а 146, 14; взято из талмуда Абода зара, 46 и Маймон Гилхоф Або-да зара, перек. 7). «То же относится и к утвари и ко всему, что сделано для них, потому что сказано: «Истребите все места….»» (там же, Хага).[130]«Надо стараться искоренять идолов и называть их постыдными именами» (Шулхан Арух, Иоре де'а 146, 15; взято из талмуда Абода зара, 46 и Маймон Гилхоф Абода зара, перек. 7) /15/.
«Евреи должны уничтожить книги (христиан)» (Шаб-батП6а) /7/.
Впрочем, если речь идет о материальной выгоде, то тогда это совсем другое дело:
«А также дозволено принимать нечистые вещи от аку-мов за долг, ибо это все равно, как будто спасаешь что-нибудь из их рук» (Шулхан Арух, Иоре де'а 117, 1 Хага; взято из Рашба). (Например, предметы христианского культа и т. п.) /15/.
Выше нам не раз попадались высказывания, очевидно противоречащие друг другу.
Например: «Язычник, занимающийся законом, уподобляется первосвященнику» (трактат Сангедрион, fol. 59, р. 1) /8/[131] — и одновременно так: «Если язычник занимается законом, то он заслуживает смерти; ему предоставлено знать только семь заповедей Ноевых, которые для него обязательны» (Гилхот Мелахим 10, 9 — заимствовано Маймонидом из трактата Сангедрион, fol. 59, р. 1) /8/.[132]
«Должно знать, что
«…Талмуд содержит много противоречивых взглядов, высказываемых по одному и тому же вопросу и в одно и то же время этими раввинами, столь прославленными своей ученостью. Одновременно все не могут быть правы, если противоречат друг другу, и каким образом в таком случае решить, кто прав? На это опять дает ответ рабби Менахем: «Все слова раввинов, всех времен и поколений суть слова Бога, подобно словам пророков, даже в том случае, когда они находятся в противоречии друг с другом; кто же противоречит раввинам, вступает с ними в спор или ропщет на них, тот спорит с самим Богом и ропщет на Него»» (точной ссылки нет) /4/.
«…Так как всякое слово раввинов божественно, то делай то, что твое сердце тебе подскажет, сообразно с возможностью исполнения» (Chullin, folio 34, b; Ilbammeoth, folio 32, b; rabbi Rachi, Iebam., filio 33, a; Tocaphot, трактат Che-bout, folio 26, a) /4/.
А сердце иудея подсказывает ему делать то, что выгодно в данный конкретный момент:
««Не имея основания придавать более значения мнению одной стороны, чем другой, я должен сообразоваться с тем решением, которое для меня благоприятнее» (Schulch. Aruc: Choshen Hamischp. 75 et 83 in Coram.); и тот, кто слушается слов первой стороны, делает так же хорошо, как тот, кто слушается слов другой (Вегасо 27, 1)» /2/.
Пожалуй, понимание данного обстоятельства — самое важное для того, чтобы знать, что такое иудаизм. И если это — мораль, то что тогда назвать аморальностью?
