— А ведомо ли тебе, шед, о том, что ты не имеешь права находиться среди людей? — спросил раввин.
— Ведомо, — ответил шед.
После шестичасового размышления раввин объявил решение:
— В течение трех дней шеду надлежит возместить виноторговцу полную стоимость бочонка вина.
Прошло девять дней, а шед так и не появился. Прошло двенадцать дней, а его нет как нет. Тогда раввин велел шамесу вновь затрубить в шойфер, и шед как из-под земли предстал перед раввином. Он передал виноторговцу всю сумму ущерба и, оправдываясь, объяснил причину своего опоздания:
— Дело в том, что нам, шейдим, дано право брать только то, что не запечатано и не сосчитано. Такие деньги не так легко сыскать.
— Удовлетворен ли ты, сын человеческий? Нет ли у тебя дополнительных претензий? — спросил раввин.
— Удовлетворен! Претензий нет, — ответил виноторговец.
Ты свободен! — сказал шеду раввин. — Но я приказываю тебе оставить место, где находятся люди.
И шед исчез. С тех пор в этом местечке шейдим не появлялись.
Когда-то ведь не было железных дорог и люди ездили на подводах. Вот один еврей однажды поехал к цадику. Дело было в пятницу, он спешил и, как на зло, заблудился. Едет-едет, вдруг видит свет, подъехал ближе, видит — забор, ворота, он и въехал прямо в ворота, а во дворе стоят два еврея. Спрашивает он их: можно ли ему остаться здесь на субботу.
Отвечают ему: да, но к нам, если заезжают, то обратно не выезжают. Тут понял еврей, что попал к разбойникам, и стал просить отпустить его, пожалеть его, но те в ответ одно: от нас выхода никому нет. Тогда еврей стал плакать, предлагать деньги, а те отвечают: мы денег не берем — мы берем душу. Тут еврей стал еще пуще умолять, упрашивать. Тогда один из разбойников говорит:
— Знаешь что, пойдем, спросим у нашей матери, как она скажет, так и сделаем.
Зашли в дом. А в доме все по-субботнему: на столе белая скатерть, две свечи. Подошли к комнате матери — она заперта, но через замочную скважину гость видит, что стоит женщина, читает Шмойно-эсре. Помолилась, открыла дверь и вышла к ним. Тут сын-разбойник рассказал ей о просьбе гостя отпустить его со двора.
— Об этом не может быть и речи, — отвечает мать. — Сто и одно — все одно. У моего сына легкая рука и очень острый нож, — вы даже не почувствуете.
Тогда гость еще больше стал ее упрашивать, а она свое:
— Отпустить вас мы не можем. Мы разве разбойники? Разве мы выходим на большую дорогу и хватаем людей? Мы убиваем только тех, кого Бог нам посылает. Сто и одно — все одно. Я благочестива, и я выполняю волю Божью — кого Малхамовес не может умертвить, того Господь Бог, да будет благословенно Его имя, посылает к нам. Вы только не тревожьтесь, выберите себе любую кровать, — а уж остальное сделает мой сын, у него легкая рука и острый нож, вы даже не почувствуете.
А он все просит, чтоб его отпустили: так, мол, и так, оставил дома жену, детей, хозяйство. Разбойница в ответ:
— Не говорите глупостей. Дети будут жить без вас, хозяйство будут вести без вас. Сто и одно — все одно.
Короче говоря, видит еврей: ничего не получается, и стал упрашивать, чтоб хоть отложили его смерть до завтра. А разбойница говорит:
— Нет, до завтра не получится. В субботу мы не убиваем.
— Тогда пусть будет в воскресенье или в субботу вечером, — просит гость.
Мать разбойников подумала и решила:
— Ладно, пусть будет в субботу вечером.
Ну, переночевал еврей эту ночь у разбойников. Утром вышел во двор и видит за домом груду человеческих костей, отрубленных голов, рук, ног — чуть в обморок не упал. Идет дальше и видит: тропинка. Была не была, думает, надо бежать! Не убежишь — вечером зарежут, а убежишь и поймают — все равно зарежут. Короче говоря, пустился еврей бежать по тропинке и бежал, пока не выбрался в поле. А там мужики косили рожь. Он и спрашивает, как ему попасть в местечко. Они подробно объяснили, что надо, мол, идти до речки, а через речку вплавь. Подошел еврей к речке, вдруг слышит за спиной крик: «Не ходи! Не ходи!», смотрит — бежит к нему какой-то человек. Он испугался: не из тех ли вчерашних разбойников? Нет, бежит мужичок. Подбежал и говорит:
— Здесь не плыви, здесь утонуть можно. Иди вон там — там вброд перейдешь.
Еврей так и сделал, перешел речку вброд и попал в местечко.
Вот и все.
Один богач построил себе дом. И вот однажды слышит чей-то голос из-под крыши:
— Берегись, падаю!
Богач испугался, выехал из дома и сдал его по дешевке одному бедняку.
Однажды бедняк услыхал загадочный голос: «Берегись, падаю!» и крикнул:
— Падай!
И вдруг в сенях что-то грохнуло. Дрожа от страха, бедняк вышел в сени и увидел на полу два мешка, набитые золотом. Это был клад. С тех пор бедняк этот разбогател и стал первым богачом в городе.
Одному еврею три раза подряд снилось, что его счастье ждет его на мосту. И вот он, надеясь найти клад, пошел к мосту, но ничего там не нашел, хотя не один раз прошелся по мосту, высматривая клад.
Сторож моста спросил, что, мол, ты ходишь взад и вперед по мосту. Тут наш еврей рассказал ему про свой сон.
Смеется над ним сторож:
