Еврейский мир полностью

Наблюдения мудрецов совпадают с действительностью. Младенцы умны, но не альтруистичны. Если им что-то понадобится в четыре утра, они кричат, даже если мать и отец не спали уже два месяца. Ребенок не виноват, но и мудрецы не считают эгоистичный йецер ѓара чем-то абсолютно плохим. «Йецер ѓара очень хорош», – говорил раби коллеге. «Как это?» – «Без него человек не строил бы дом, не женился бы, не рожал детей и не занимался делом. Как учил царь Шломо (Коѓелет, 4:4): «Я заметил, что труд и предприимчивость проистекают из «зависти» (Брейшит раба, 9:7).

Чистые и прекрасные вещи, учили хахамим, происходят из не совсем чистых побуждений. Из сексуального общения рождается ребенок, хотя мотивы пары далеко не сводятся лишь к желанию иметь ребенка.

Другие еврейские учения подчеркивают, что люди должны себя изучать, чтобы узнать, в какую сторону влечет их йецер ѓара, как они могут использовать эту потенциально дурную склонность в целях добра. Например, богач хочет прославиться. Пусть он делает это через цдаку (благотворительность), и его имя прославится, будучи написанным на корпусе больницы, или на библиотеке, или еврейской школе. Такая активность будет реализацией концепции о поклонении Б-гу через йецер ѓатов и йецер ѓара.

Термины йецер ѓатов и йецер ѓара часто употребляются религиозными евреями. Йецер ѓара используется как синоним страсти (не только сексуальной): «У меня йецер ѓара на шоколад». Эта же фраза может служить для описания более серьезных пристрастий. «Я не могу совладать с йецер ѓара к деньгам, – признается кто-то, – мне так и хочется схитрить при уплате налогов».

Йецер ѓатов вызывает меньше споров. Наверное, добро всегда скучнее зла, страсти или соблазна! О прекрасном человеке говорят: «Похоже, он лишен йецер ѓара!»

Евреи долго скептически относились к предсказанию неминуемого прихода Мессии (Машиаха). Рабан Йоханан бен Закай (I в.) сказал: «Если ты держишь в руке саженец и тебе говорят, что пришел Машиах, сначала посади саженец, а потом иди встречать Машиаха».

Однако вера в Машиаха и в эру Машиаха так глубоко укоренилась в еврейской традиции, что из 13 догматов веры Рамбама самым известным стало: «Ани маамин, я всем сердцем верю в приход Машиаха, и хотя он может задержаться, я буду ждать его каждый день». В концлагерях, говорят, многие евреи пели ани маамин, направляясь в газовые камеры.

С одной стороны – иронические шутки и скепсис, с другой – горячая вера. Каков же взгляд иудаизма на Машиаха?

Традиция утверждает пять самых важных вещей относительно Машиаха. Он будет происходить из рода царя Давида, завоюет суверенитет над Землей Израиля, соберет евреев с четырех сторон света, восстановит полное соблюдение Торы и, наконец, принесет мир миру. Касаясь более трудных задач, некоторые пророки предсказывали (например, в видении Йешаяѓу), что в эру Машиаха волк возляжет рядом с ягненком и телец со львом (Йешаяѓу, 11:6). Рамбам полагал, что язык Йешаяѓу метафоричен (например, враги евреев, отождествляемые с волком, не будут их угнетать). Веком позже Рамбан отверг рационализм Рамбама и утверждал, что Йешаяѓу имел в виду именно то, что говорил: во времена Машиаха даже дикие звери станут ручными и кроткими.

Вера евреев в грядущее царствование Машиаха долго отличала их от христиан, которые верили, что Машиах уже пришел в лице Йешу. Евреи не признали претензий Йешу на мессианство потому, что он не принес миру мир, как обещал Йешаяѓу: «И народ не поднимет меч против народа, и не будут они больше знать войн» (Йешаяѓу, 2:4). Вдобавок Йешу не помог евреям достичь политического суверенитета и не защитил их от врагов.

Веком позже Йешу немало евреев пошло за новым предполагаемым Машиахом Бар-Кохбой на восстание против римлян. Результат был катастрофическим, евреи разгромлены (см. «Восстание Бар-Кохбы»). В 1665–1666 гг. многие евреи верили, что Шабтай Цви, турецкий еврей, и был Машиахом, и думали, что турецкий султан отдаст ему Эрец-Исраэль. Вместо этого султан пригрозил Шабтаю казнью, и «Машиах» спасся только переходом в ислам.

Современный реформистский иудаизм давно не ждет индивидуального Машиаха, который должен усовершенствовать мир. Вместо этого реформисты говорят о будущем, в котором приведут к воцарению утопии человеческие усилия, а не Б-жественный посланец. Подобные идеи оказали влияние на многих неортодоксальных евреев: известное притяжение евреев к либеральным и левым политическим течениям, возможно, своего рода секулярная попытка прийти к мессианскому веку.

В сознании традиционных евреев вера в персонального Машиаха заняла в последние годы центральное место. В 1950–1960-х гг., когда я учился в йешиве во Флэтбуше, там почти не говорили о Машиахе. Но сегодня движение любавичских хасидов делает заметный акцент на скором явлении Машиаха. На собраниях их молодежной организации дети поют: «Мы хотим Машиаха сейчас».