Сам по себе факт установления такого контроля за состоянием работников прямо или косвенно повышает их представления о собственной профессиональной и личностной значимости, служит своеобразной психологической поддержкой, повышающей настроение и работоспособность людей. Тем более что, как правило, введение графиков трех ритмов происходило в ряду Других, значительно более серьезных мер по оптимизации условий труда и быта.
В этом проявлялась забота о здоровье и благополучии трудящегося человека.
Такая забота, если она неформальна, обычно вызывает ответное желание работать лучше, и это приносит хорошие производственные результаты.
Однако записывать их на счет модной гипотезы трех ритмов в этих случаях неоправданно.
И наконец, не исключены случайные совпадения, когда, например, критический день приходится на понедельник. Недельный ритм производительности труда на промышленных предприятиях - явление хорошо известное, и спад работоспособности в понедельник ("день тяжелый") объясняется необходимостью врабатывания после воскресного отдыха. Такой же спад может быть и в пятницу - накануне отдыха, когда человек мыслями уже на даче или на рыбалке. В этих случаях предсказания гипотезы трех ритмов оправдываются, но заслуги ее в этом нет. Подобные совпадения тем более вероятны, что у реальных многодневных ритмов спад продолжается не один, а несколько дней. Если же учитывать и отрицательные фазы каждого из трех ритмов, составляющие ровно половину периода, то возможность совпадений значительно расширится.
Таким образом, гипотеза трех ритмов серьезной проверки не выдерживает, научной основы у нее нет. Все это больше похоже на гадание или карточную игру-то ли выпадет, то ли нет...
Между тем многодневные, в том числе и околомесячные, ритмы реально существуют, и современная биоритмология накопила немало данных об этих колебаниях жизненных функций человека.
Околомесячные ритмы, как и все биоритмы организма, подчиняются фундаментальным биологическим закономерностям. Взаимодействуя с хорошо изученными циркадианными (околосуточными) ритмами, они помогают организму приспосабливаться к непрерывно меняющейся среде обитания.
Правда, периодичность их колебаний, как и циркадианных, довольно непостоянна, в обычных условиях их фаза блуждает в широких пределах, и поэтому невозможно предсказать дату очередного спада с точностью до дня. Однако в обычных условиях физические и психические перегрузки невелики и нечасты, и организм вполне успевает восстановиться после них в рамках обычного суточного чередования труда и отдыха. Когда же перегрузки становятся длительными, они отнимают часть времени, отведенного на отдых, тогда "амортизаторы" суточных колебаний не выдерживают, и тяжесть нагрузки принимают на себя околомесячные ритмы, отчего их период стабилизируется, спады становятся более глубокими, а даты этих спадов - более предсказуемыми. Особенно наглядно это своеобразие биологических ритмов проявилось в космонавтике.
Стимулирующее влияние на развитие теоретической и экспериментальной биоритмологии в СССР оказала потребность в организации труда и отдыха космонавтов. Начиналось это с изучения циркадианных (околосуточных)
ритмов, в основе которых лежит вращение Земли вокруг своей оси (чередование дня и ночи, сна и бодрствования и т. д.), к ним так или иначе приспособлены все организмы, живущие на поверхности нашей планеты. В орбитальных же полетах смена дня и ночи происходит на каждом витке, привычный ритм нарушается, и у космонавтов может развиться десинхроноз рассогласование биологических ритмов, ведущее к значительному ухудшению самочувствия, резкому снижению работоспособности. Поэтому режим труда и отдыха советских космонавтов в многодневных полетах построили по земным суточным меркам. За номинальный был принят 24-часовой график с привязкой периодов сна к ночным часам московского времени.
Теперь, на следующем этапе, больше внимания уделяется изучению околомесячных ритмов, и это открывает возможности оптимизации режима труда и отдыха в многодневных экспедициях.
В длительных полетах у космонавтов наблюдались многодневные колебания уровня работоспособности. Волнообразный, циклический характер накопления усталости отмечали многие участники орбитальных экспедиций. Так, на 105-е сутки пребывания на орбите А. Березового и В. Лебедева заместитель руководителя полета В. Благов обратился к ним в одном из сеансов связи с вопросом: "Скажите честно, устали немного?" Командир экипажа ненадолго задумался и ответил: "Понимаете, циклами все это идет... Возникает чувство, что да, вот есть усталость. Но потом вроде как новые силы появляются. Так и идет волнами".
