Европа — Азия полностью

«Пацан» берет стаканчик и выливает его содержимое на голову рекламщице. Выхватывает из рук девушки бутылку, пьет из горла.

ВТОРОЙ «ПАЦАН». Так, чо здесь, это... Сюда идем!

Свидетель подходит к «пацанам» и бормочет.

СВИДЕТЕЛЬ. Дети родителей привели...

НЕВЕСТА. Не надо было их трогать!

ПЕРВЫЙ «ПАЦАН». Чо тут у вас?

СВИДЕТЕЛЬНИЦА. Свадьба!

ПЕРВЫЙ «ПАЦАН». Эти все — кто?

СВИДЕТЕЛЬ. У нас они, это, — гости, — угощайтесь!

ПЕРВЫЙ «ПАЦАН». Ты чо, урод, я щас тебя угощу перегноем — закопаю вот под этой березой...

Мать, почуяв неладное, прячет собаку за пазуху.

СВИДЕТЕЛЬНИЦА. А в чем дело, мальчики?

ВТОРОЙ «ПАЦАН». Ты чо, чучело — за лохов нас держишь? Вы который день здесь свадьбу играете?!.. Главно, сёня дети должны кассу сдавать, а бабла нету — там чужие, говорят, работают...

ПЕРВЫЙ «ПАЦАН». Это наша территория! Здесь без спросу пукнуть нельзя, не то что свадьбу справлять!

СВИДЕТЕЛЬ. Так, ребята, все понятно, все ясно...

ПЕРВЫЙ «ПАЦАН». Чо те ясно, чо понятно?! — вы влетели, ты понял меня, ты?!

МАТЬ. Влететь тут, к сожалению, никак не возможно!

ВТОРОЙ «ПАЦАН». Чо?

МАТЬ. Потому что жених отбил яйца, и невеста влетит только если искусственным путем...

ВТОРОЙ «ПАЦАН». Так, Боца, валить их придется!

БОЦА. Всех?

ВТОРОЙ «ПАЦАН». У тебя сколько патронов?

БОЦА. У меня только вот на этих хватит...

Мать отхлебывает из бутылки, свидетель и свидетельница бледнеют, Боца достает из-за пояса штанов пистолет.

ВТОРОЙ «ПАЦАН». Остальных ножом добьем!

Второй достает из-под куртки набор китайских ножей с подставкой.

СВИДЕТЕЛЬ. Дело в том, что тут у нас иностранцы... Может возникнуть международный скандал...

Боца стреляет в воздух. Все иностранцы тут же плашмя падают на землю. Стоять остаются только русские.

БОЦА. Поник, смотри, — точно иностранцы! Давай тогда лежачих — ножом, а наших я пулями...

СВИДЕТЕЛЬ. Ребята, если как-то возможно...

ПОНИК. Ты опять заквакал?!

СВИДЕТЕЛЬ. Я, конечно, не настаиваю, но все-таки, если только это приемлемо для вас...

БОЦА. Что? Вас ножами их пулями?

СВИДЕТЕЛЬ. Нет... мы готовы... деньгами... возместить материальный ущерб...

БОЦА. Да? Готовы возместить?

ПОНИК. Ну что, ну, я не знаю, я уже настроился на кровь...

БОЦА. Короче, так... у нас все по-честному — вот, Поник кончал курсы бухгалтеров, щас он все посчитает.

ПОНИК. Так — сколько дней работаете?

СВИДЕТЕЛЬ, СВИДЕТЕЛЬНИЦА, МАТЬ (хором, но разное). 3 дня! Неделю! Декаду ужо наяриваем!

ПОНИК. Так, 10 дней. Сёня сколько заработали — проверить!

Услышав команду, дети подбегают к свидетелю, свидетельнице и матери, шмонают у них по карманам, приносят горсти смятых бумажек своим старшим товарищам. Поник считает. Иностранцы перешептываются.

1-Й ИНОСТРАНЕЦ. From this Deví place, take me!

2-Й ИНОСТРАНЕЦ. From this hë, God, save me!

ПОНИК. Так, триста восемьдесят баксов и четыре тысячи семнадцать рублей.

СВИДЕТЕЛЬ. Ребята, — это ж только сегодня: тут же эти привалили, — с валютой — а они только сегодня.

ПОНИК. Рот закрой, — так, в среднем — 1000 баксов в день, умножить на 10, плюс моральный ущерб детям — в итоге пятнадцать штук, и разбежались.

СВИДЕТЕЛЬНИЦА. Сколько?

БОЦА. Это не так много, родная, но если ты настаиваешь, то щас мы быстро здесь братскую могилу организуем, — памятник вон уже — стоит.

Показывает на стелу «Европа — Азия».

МАТЬ. Слушай, боцман, ты чо такой строгий?! У себя на корабле командуй, — а тут суша, мать твою! Пей, закусывай, дари подарок и вали в жопу отсюда...

Показывает на Поника.

МАТЬ. И пони свое забирай!

Резким движением руки Боца наводит ствол на мать и, не раздумывая ни секунды, выстреливает. Мать подлетает от выстрела, падает на спину. Все стоящие вскрикивают, лежащие — еще глубже вжимаются в землю.

БОЦА. Ну что — кто еще хочет воевать?!

С земли поднимается иностранец, подползает к Боце.

ИНОСТРАНЕЦ. Слушайте, слушайте, — не надо убивай нас! Мы не хотеть воевать! Мы выступать на демонстрэйшн, в Нью-Йорк! Мы не хотеть посылать наш солдат в Ирак! Не хотеть!