Прими, о дева, горестный итогВседневного любовного томленья,Слезами окропленный между строк,Овеянный тоски унылой тенью;Печальный памятник моих скорбей,Бессчетных вздохов жалкое жилище,Укор судьбе и гимн любви моей,Которой в мире не бывало чище.Тебе как дань возжег я фимиамС усердьем, верой, мыслями благими,С мольбой, с надеждой завещать векамТвое блаженное святое имя:Его как добродетели примерПоднимет Муза выше горних сфер.«Осиленное мраком, солнце дня…»
Перевод А. Сергеева
Осиленное мраком, солнце дняВкусило сон, зардевшись пред закатом,Но та, что ярче солнца для меня,Уже в ночи лучилась ярким златом:Кто жаждал видеть, как ревнует дол,Когда горе́ неслось ее дыханье;Кто в мире зримом слышать предпочелТравы под дивной ножкой колыханье;А я не смел искать блаженней див,Чем звезды те, что глянули в зеницыЕе очей и, солнце отразив,Скликали херувимов в очевидцы;Сияла ночь, и воздуха кристаллВ лучах любви восторженно блистал.«Глухая ночь, кормилица скорбей…»
Перевод А. Сергеева
Глухая ночь, кормилица скорбей,Подруга бед, вместилище томленья,Зачем, смолы тягучей и черней,Ты отдаляешь утра наступленье?Зачем надежды ты спешишь известьИ адским замыслам даешь раздолье;Зачем ты пробуждаешь в сердце местьИ грех берешь под сень свою соболью?Ты — смерть сама, в тебе заключенаМогила света, радостей темница.Да помрачатся звезды и луна,И благовонье с неба не струится,Затем что ты тревожишь страсть во мне,От коей я горю в дневном огне.«Сколь многих пышных суетных особ…»
Перевод А. Сергеева
Сколь многих пышных суетных особ,Взирающих на чернь в окно кареты,Пожрет забвенье раннее, чем гроб,Зане в стихах красы их не воспеты.Прими же в дар бессмертья благодать!Сей быстрый век века́ лишат обличья,И королевы станут почитатьЗа счастье отблеск твоего величья.Прочтя рассказ о столь благой судьбе,Скорбеть начнут матроны и девицы,Что не дано им было при тебе,Украсившей прекрасный пол, родиться.Ты воспаришь, презрев земную ложь,И в вечных песнях вечность обретешь.«Как часто время за года любви…»
Перевод А. Сергеева
Как часто время за года любвиСвой зыбкий облик странно изменяло,Прямые искривляло колеиИ прихотям Фортуны потакало!Не доверяя зренью, видел глазНесчастье Эссекса,[365] покой Тирона,[366]Великой королевы смертный час,Преемника восход к вершинам трона,С Испанцем лад, с Голландией разрыв[367], —Так пляшет колесо слепой Фортуны.Но я служу любви, пока я жив,И для служенья силы в сердце юны.Пусть изменяют небо и земля —Своей святыне вечно верен я.БЕН ДЖОНСОН[368]
Перевод В. Рогова