Европейское право полностью

В первую очередь к общим принципам ЕС следует отнести принципы, определяющие порядок признания, соблюдения и защиты основных прав человека. Первые учредительные договоры не упоминали о правах человека на коммунитарном уровне, а практика Суда шла по пути отказа от их формулирования посредством толкования норм первичного права. Так, в решении по делу № 40/59 Geitling v High Authority было сформулировано: «Право Сообщества, как это явствует из учредительных договоров, не содержит никаких общих принципов, явно выраженных или подразумеваемых, гарантирующих поддержку фундаментальных прав». Пять лет спустя в решении по делу № 40/64 Sgarlata and others v Commission Суд заявил, что прямо выраженные положения Договора не могут быть отвергнуты заявлением, основанным на других принципах, даже если последние составляют фундаментальные принципы, общие для всех государств-участников. Однако более поздние решения свидетельствуют об изменении позиции Суда: в решении по делу № 29/69 Stauder v City of Ulm, как и во многих последующих, говорится, что толкование положения европейского права не должно наносить ущерб фундаментальным правам человека, охраняемым общими принципами права Сообщества и защищаемым Судом ЕС.

Правоприменительная практика Суда ЕС подвергалась критике по следующим основаниям. Во-первых, скептически оцениваются сами попытки Суда расширить свое влияние на вопросы, которые относятся к сфере компетенции государств-членов по причине их значительного политического, культурного и идеологического различия. Во-вторых, в вину Суду ставится тот факт, что он использует институт фундаментальных прав человека только в интересах европейской экономической интеграции (например, в деле C-159/90 Grogan запрет в Ирландии на распространение информации о возможности сделать аборт в других странах рассматривался в контексте соотношения свободы информации и права на жизнь для неродившегося ребенка. Дав отрицательный ответ на вопрос о легитимности таких действий со стороны Ирландии, Суд аргументировал это отсутствием коммерческой связи между провайдерами медицинских услуг (абортов) в одном государстве и информационных провайдеров в других. В-третьих, критикуется желание Суда ЕС иметь ту же компетенцию, что и Европейский Суд по правам человека, который непосредственно наделялся такими полномочиями государствами – членами Совета Европы.

В настоящее время исследуемый принцип закреплен и в преамбуле, которая европейской правоприменительной практикой признана составной частью учредительных документов, имеющей обязательную силу, и в тексте Договора. Абз. 4 преамбулы Договора о ЕС закрепляет приверженность государств-участников принципам свободы, демократии, уважения прав человека и основных свобод и принципу правового государства. Она практически воспроизводит прежнюю ст. 6 Амстердамского договора, которая легитимизировала практику Суда ЕС после 1969 г. Ст. 6 Договора о ЕС в редакции Лиссабонского договора конкретизирует ценности, обозначенные в ст. 2, во-первых, наделяет Хартию Европейского союза об основных правах от 7 декабря 2000 г. той же юридической силой, что и договоры. Во-вторых, она декларирует присоединение Европейского союза к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. В-третьих, статья включает основные права, предусмотренные вышеназванной конвенцией, равно как и вытекающие из единых конституционных традиций государств-членов, в содержание общих принципов права ЕС.

Ст. 7 предусматривает особый механизм контроля за соблюдением государствами-участниками ценностей, предусмотренных ст. 2: возможность для Совета при соблюдении специальных требований констатировать существование явной угрозы серьезного нарушения упомянутых ценностей, существование серьезного и устойчивого нарушения принятия решения о приостановлении отдельных прав, не затрагивая обязанности данного государства, в том числе лишение права голоса его представителя в Совете.

К принципам в сфере прав человека тесно примыкают демократические принципы, впервые закрепленные в учредительных договорах. Детализации провозглашенной в Преамбуле приверженности принципам демократии посвящены положения раздела II Договора о ЕС. Они включают: принцип демократического равенства (ст. 9), принцип представительной демократии (ст. 10), принцип участия общественности и национальных парламентов в делах Евросоюза (ст. 11, 12). Весьма важно введение института народной законодательной инициативы: в соответствии с ч. 4 ст. 11 «граждане Союза в количестве не менее одного миллиона человек, принадлежащие к гражданству значительного числа государств-членов, могут выступить с инициативой пригласить Европейскую комиссию в рамках ее полномочий внести соответствующие проекты по вопросам, в отношении которых, по мнению этих граждан, необходимо издание правового акта Союза в целях применения договоров».