Я сначала удивилась, но тут же прикинула, что в его словах есть логика. Стоять здесь и ждать, когда он вернется, или тоже выйти? Лучше выйти — так я увижу, сколько мне зальют. С клиентами у них — судя по тому, что машин, кроме моей, вовсе нет, — напряженка. Поэтому могут обмануть, попытаться с одной меня слупить по максимуму. Или наоборот, обманывают, когда клиенты идут потоком и им (клиентам) некогда проверять чеки?
Когда я вышла на улицу, мужчина уже вставил заправочный пистолет в мою машину. Я подошла поближе и украдкой посмотрела на счетчик литров.
— Куда путь держишь, красна девица? — неожиданно спросил мужик.
Я слегка опешила и ничего не ответила. Мужик неопределенно хмыкнул и, видимо решив, что я туповата, с первого раза не понимаю, повторил свой вопрос, сохранив первоначальную формулировку:
— Куда путь держишь, красна девица?
Похоже, я в нем ошиблась. Он не выпил накануне, а спятил, причем уже давно. Я непроизвольно взглянула на дорогу. Удивительное дело — на Симферопольском шоссе было довольно оживленно, а сюда, кроме моей, не свернула ни одна машина.
— Сюда редко кто ездит, — сообщил мне продавец бензина. — Асфальт здесь заканчивается, прямо и направо бетонка идет, а дальше вообще грунтовая дорога.
Про грунтовую дорогу Татьяна ничего не писала. Интересно, о чем еще она умолчала…
Мужик тем временем закончил заправлять мою машину, сообщил, что с меня причитается за двадцать пять литров, и предложил вернуться в «офис», дабы я могла спокойно расплатиться.
— Карточки принимаете? — зачем-то спросила я, хотя на карточке-то как раз уже ничего не было.
— Нет, — покачал головой мужчина, — только наличные. Зачем в нашей глуши карточки? Ни к чему они…
Я достала кошелек и протянула ему деньги. Он проверил их подлинность, тщательно пересчитал и убрал в ящик под кассой. После чего нажал на несколько кнопок, кассовый аппарат выплюнул длинный чек.
— Вот, держите… Ваш чек…
Он подождал, пока я возьму чек, и вдруг спросил в третий раз, опять с теми же певучими интонациями «народного сказителя»:
— Куда путь держишь, красна девица?
Я решила, что не стоит делать секрета из моей поездки в «Город солнца». К тому же мужик вполне может обладать какой-нибудь информацией об этом загадочном месте.
— В «Город солнца» я еду, дяденька. — Я невольно переняла у него возвышенно-сказочный стиль изложения.
— А бензин-то тогда тебе зачем? — искренне удивился мужик. — Полный бак-то зачем наливала?
— У меня он почти на нуле уже был, — терпеливо объяснила я. — На обратном пути, может, даже до вашей бензоколонки не дотянула бы. Встала бы посреди леса… И что тогда делать?
Мужик пожал плечами и ответил:
— Те, кто туда едет, назад обычно не возвращаются…
Нельзя сказать, что прозвучало это оптимистично, но подробности я выяснять не стала. Почему-то очень не хотелось знать подробности, зато очень сильно захотелось уехать обратно в Москву. Пусть даже там меня ждут долгие и неприятные разговоры с коллегами Артема Сергеевича.
Мужчина за прилавком неожиданно подмигнул и достал откуда-то из-под прилавка маленькую бутылочку из темного стекла:
— Не желаете приобрести?
Интонации народного сказителя пропали, теперь он говорил устало и буднично. Мне стало стыдно за нехорошие мысли на его счет. Никакой он не псих и не маньяк, просто пожилой человек, которому, можно сказать, повезло. Он имеет работу в такой дыре, где ее зачастую не могут найти люди помоложе. Совершенно неожиданно для себя я прониклась к незнакомому мужчине сочувствием. И хотя приобретать неизвестно что не хотелось, да и деньги стоило поэкономить, я взяла в руки бутылку и сделала вид, что с интересом ее рассматриваю.
— И сколько же это стоит?
— А вы не хотите спросить, что это? — вопросом на вопрос ответил продавец.
Он догадался, что я взяла бутылку из жалости, и деликатно дал мне это понять. Тут уж я совсем разнервничалась и покраснела.
— Вы, главное, не волнуйтесь, — начал успокаивать меня продавец. — Я не предлагаю ничего противозаконного. Это мягкое снотворное… Только травы и никакой химии.
— Почему вы решили, что мне требуется снотворное? — окрысилась я (удивительно, но люди, обнаружившие, что их смущение замечено окружающими, часто начинают вести себя агрессивно, как будто смущение — это какая-то постыдная реакция).
— Вы же едете в «Город солнца», — пожал плечами продавец. — Те, у кого с нервами все в порядке, туда не едут.