Что жить желание, смакуя, поглощала…
Не ведая, ты призывала Тьму!
Себя царицей мира ощущала,
А люди – так, расходный материал.
Что ж, веселись! Ты много потеряла,
А я… Я в жизни лишь приобретал.
Однажды, погибая, сделался умнее,
В обмен на свое сердце разум приобрел,
И, потеряв любовь, мгновенно стал сильнее,
Исполнив свою миссию, ушел…
Я отмотать назад хотел бы пленку,
Нажать на «Stop» в тот злополучный день
И удалить гниющую душонку,
Что заточила мою душу в плен…
И что я получил? Казалось, не понятно…
Считалось, что осталась только боль,
Но кто бы мог подумать – мне приятно!
Приятно понимать: я не с тобой!
Но, несмотря на это, мне хотелось крови…
Хотелось жизнь твою под землю заточить
Мгновенно…Тихо…И ни капли скорби…
Забрать свое и поскорее все забыть…
В моей руке – кусок холодной стали,
Но для чего он мне? Он тихо говорит:
Entschuldiegung, Sie kommen nicht zusammen,
А значит, что никто не может быть убит…
Он произнес слова и выпал из ладони,
Упал на землю, звякнул и затих,
Мне ясно – даже сорок литров крови
Не смогут ничего мне оплатить.
Казалось, будто демонов и бесов изгоняю
Из той, которую я, якобы, любил,
А оказалось, мощь огня приобретая,
Своих хранителей я так испепелил.
Exorzio! Прощай! Кричал тебе – изыди!!!
Хотя никто на это прав мне не давал,
А бесы… Не тебя, меня они сгубили,
Зеркальный блеск…Я из себя их изгонял…
Мне не было дано решать чужие судьбы,
За это поплатился… Наказан за грехи…
«Не повторяй за мной» – я обращаюсь к людям,
Писать в чужой тетради не смеем ни строки…
Быть может, часто слышу ложь…
Нередко врут мои глаза:
Абсурдный театр… Снежный дождь
И гладь земли на небесах…
Нет, я не сплю, не пью, не вру,
Не слеп и не сошел с ума.
Я слышу все… И я иду
В слепой толпе, в их голосах.
Я вижу блеф…Блеф видят все:
Реальность жизни – это ложь…
Так мыслим мы, и сквозь наш смех
Иду… Что видишь – не поймешь…
Живем – и свет… Нас нет – и тьма…
Не есть, что зрим, что видим – есть…
Живем… Реальность смеет врать:
Для нас одна – Вселенский Свет.
Но Свет для нас. Без нас – ничто.
Мы видим луч и говорим:
«Ты НАМ свети, и НАШ закон
Ты, существуя, должен чтить!»
Но как мы можем видеть мир
С повязкой крепкой на лице?
Слепой толпе, быть может, мил
Тот образ, что был дан Земле…
Иду в толпе… На каждом – нить:
Обрывок линии судьбы.
Смотрю в нее – он хочет жить…
Он, кто кусочек обронил.
Бросают все… Срывают шелк,
Кусок материи своей,
И в тех отрезках – мертвый волк,
А иногда – по пять смертей…
Стою, один среди людей
И вижу, как лоснится ткань.
Страдают, думая о ней
И отрывают желчь и брань.
Не есть, что зрим! что видим – есть!
Мы видим свет – мы так ХОТИМ,
Не замечая – этот свет
Один для мертвых и живых.
Он есть! Он просто есть – и все!
И мы забыли об одном:
При нас – расчет… Но жизнь идет,
Течет свободным чередом…
Срываю нити в пустоте,
Хотя и окружен людьми…
Я вижу слезы по мечте:
Чужие смелые мечты…
Мечтают жить – природный царь,
Что подчинил Вселенский Свет,
В большое зеркало взирал
На красоту, не видя грех…
А что – толпа? Безликий мрак,
Раб, что был скроен из царей.
По одиночке – мертвый страх,
А вместе – страх живых живей.
Не нужно вскрытие души,
Чтобы понять, с кем ты идешь.
Не человека лик – толпы
Из нитей жизни ты сошьешь…
Уж дело к осени… Закат…
Толпа уходит… я уйду.
На каждом – нить… Их собирал.
Соединяю их и шью.
Мне больно жить с судьбой ткача.
На пальцах – шрамы от иглы,
Но пятна крови видят ткань:
Они добавят красоты…
Мой новый плед шептал в ночи,
И этот шепот мне знаком:
Он шепчет голосом весны…
Толпы, в которой мы идем.
Exorzio! Внемли, мой плед:
«Не есть, что зрим! Что видим – есть!»:
Все это – просто глупый блеф,
Что есть, то зрим! Пусть нас и нет…
Меня укроют голоса…
Согреют злое и добро…
Нередко врут мои глаза,
Но это – нити, а не ложь…
Ше
стой круг
Мой ад… Моя слепая жизнь.
Без глаз смотрю на пять кругов.
Сарказм… Себя не рассмешить.
Мой грех… А кто не без грехов?
С трибун – комедию ломать,
Во сне – у зеркала кривить.
А явь? Ее не переждать –
Себя хлыстом по ребрам бить…
Argen… Серебряный пейзаж.
Войду и там увижу рай…
Весь цвет – нигде, лишь на руках:
Узри! Узри и умирай.
Трава… По лесу, словно лед,
А снег – опаснее огня…
Сосна… В гнилой земле растет.
Картон – все то, что при цветах…
Фонарь… Дает мне серый свет:
Мой рай никак не освещен.
Идти… Касаться, чего нет…
Фитиль… Но печь покрыта льдом.
Огонь… Пожара серый цвет.
Вода… Мерцающий пейзаж.
Земля… Осколки на траве.
И воздух… В землю – пилотаж.
Идти… Exorzio! – кричать.
Упасть, не чувствуя земли…
Курить… И руки обжигать.
Послать!.. Подняться и идти.
В раю… В Эдеме – вечный ад:
Темно. Никто не долетал…
Крыло… Стекающий каскад.
Фонтан… Источник увядал…
Я здесь… Лишенный своих глаз.
Слеза: не чувствовал щекой…
Глаза… Химических лекарств
Не знал… Я болен не собой.
Стрела… Вонзилась в мою грудь.
Инсульт… Меня не убивал.
Пустой… Внутри такой – и пусть.
Инфаркт… Насоса не достал…
Распят… На огненном кресте.
