Я вошла следом за ней, по дороге смахнув паутину с притолоки. Паркетные полы скрипели под моими шагами. Мебель в комнатах была накрыта белыми чехлами.
– Как замечательно, должно быть, было растить детей в таком доме, – заметила я, представляя звонкий мальчишеский смех.
– Да, – ответила Лилиан, вспоминая. – Здесь было столько счастья, – она указала на коридор впереди. – Архивы моего отца находятся там. Он очень аккуратно обращался с бумагами. Обязательно снимал копии с каждого документа, имевшего отношение к делу, над которым он работал. В те времена немногие адвокаты так скрупулезно относились к документации, но мой отец был очень внимателен к деталям. Кроме того, в полицейском управлении происходило много странного. Отец считал, что виной всему коррупция, – миссис Шарп грустно улыбнулась. – Он всегда вел записи на тот случай, если кто-то попытается фальсифицировать документы.
Лилиан остановилась перед дверью комнаты в восточном конце дома. Она старалась открыть дверную ручку своей хрупкой рукой, но та не поддавалась.
– Странно, – удивилась Лилиан. – Такое впечатление, будто изнутри что-то мешает.
– Позвольте мне попробовать, – предложила я, нажала на ручку и как следует толкнула дверь. За дверью явно стояло что-то тяжелое, она не открывалась. Но я все нажимала и нажимала на дверь, пока этот неизвестный предмет не сдвинулся, и мы с Лилиан не протиснулись в узкую щель.
Она ахнула.
– Боже мой! Что здесь произошло?
На полу валялись осколки стекла.
– Осторожнее, – предупредила я, указывая на острый осколок рядом с ее ногой.
Окно было разбито, и это явно не было случайностью. По всей комнате валялись перевернутые коробки, из которых вывалились документы и папки.
Лилиан прикрыла рот рукой.
– Кому это понадобилось?
Я поддержала ее, чтобы она не упала.
– Очевидно, кому-то была очень нужна информация, которую сохранил ваш отец.
Пожилая женщина недоверчиво покачала головой.
– Все эти годы дом никто не трогал, ни разу, так почему это случилось теперь?
Я опустилась на колени, отодвинула в сторону часть бумаг, высота которых доходила до щиколотки. Потом подняла один листок, протянула его Лилиан.
– «Государство против Эдварда Эйнсбурга». – Я вздохнула. – Это все равно что искать иголку в стоге сена.
Я попробовала хоть как-то разобрать бумаги, но вскоре поняла, что это бесполезно, и поднялась на ноги.
– Тот, кто здесь побывал, явно что-то искал. Но, возможно, он не нашел нужного документа. – Я повернулась к Лилиан. – Мог ли ваш отец хранить папки где-то?
– Нет, – ответила она, ошеломленная беспорядком и бесцеремонным вторжением.
Я снова опустилась на колени.
– Ладно, все-таки стоит попробовать. Возможно, мне повезет.
Помолчав немного, Лилиан произнесла:
– Подождите… Да, есть одно место, где мы могли бы посмотреть. Как я могла забыть? Идемте со мной.
Мы поднялись по лестнице наверх и вошли в комнату, заполненную книгами. Я была потрясена видом старинных кожаных переплетов, занимавших полки до потолка. Если бы я жила в этом доме, я бы проводила бо́льшую часть времени именно здесь.
– Это старая библиотека отца, – с улыбкой объяснила Лилиан. – После его смерти, когда мы с Биллом, моим первым мужем, переехали сюда, мы оставили все в точности так, как было. Я бы не позволила ему переставить ни одну книгу, – миссис Шарп прикрыла глаза. – Я не хотела потерять ничего, что было связано с отцом. – Она провела рукой по полкам, на ощупь вспоминая каждую впадинку, каждую царапину.
Я подошла ближе.
– Что вы ищете?
Она не ответила, погруженная в свои мысли. Но спустя несколько минут одна из полок сдвинулась.
– Нашла! – воскликнула Лилиан.
Я не сводила глаз с секции, которая углубилась внутрь, открывая нишу.
– Здесь отец хранил все ценные вещи, – продолжала рассказывать Лилиан. – Забавно, я почти забыла об этом тайнике. Входите, давайте посмотрим вместе.
Я пригнулась и вошла в крохотную нишу размером примерно с обычный стенной шкаф в спальне. Пахло плесенью и чем-то сладким. Лилиан указала на коробку на полке.
– Его сигары, – сказала она, снимая коробку с полки и поднося ее к носу.
Я вернулась ко входу, намереваясь поскорее выйти. Очень не хотелось быть замурованной в этом тайнике. Если кто-то проник в дом, он вполне мог и вернуться. Что, если…
– Вам наверняка немного не по себе, – заметила Лилиан.
– Да, – призналась я, – это точно.
– Девочкой я часами просиживала в этой комнате, – проговорила миссис Шарп. – Отец разрешал мне и моей подруге Марте играть здесь в куклы, пока он работал. Он зажигал нам маленькую керосиновую лампу. Мы отлично проводили время.
Мое сердце забилось быстрее, пока я осматривала темноватое помещение. Было очень темно, из библиотеки проникал лишь узкий луч света. Я быстро поняла, что проиграла. В этом тайнике явно наводили порядок. Остались лишь фотография женщины в рамке, пара выцветших билетов в оперу, детский деревянный паровозик – напоминания о давно ушедших временах.
– Мне жаль, – вздохнула Лилиан. – Я надеялась, что вы сможете найти здесь что-нибудь важное.
Она повернулась к двери, но в эту минуту мое внимание привлек какой-то предмет.
