– А что, не такая уж глупая идея, – сказал Утес и настойчиво кивнул. – Немного черной изоленты – и готово. А ты как считаешь? – Он повернулся к Муландеру.
Но вопрос повис в воздухе без ответа, поскольку Муландер уже искал альтернативные номерные знаки.
Тем временем Дуня увидела папку под названием «Случай на острове Вен – Август 2007 г.».
– А что это?
– Я рассказывал тебе об этом по телефону. Именно по этой причине Виллумсен по-прежнему на свободе. Я тебе об этом писал в мейле, но потом стер, поскольку уверен, что это не он. Но Ингвар считает, что ты должна ознакомиться со всеми фактами и составить собственное представление, – сказал Утес.
– Очевидно, что это он, – со вздохом отозвался Муландер. – Кому же еще быть?
– Хороший вопрос. С уверенностью можно сказать, что это не Виллумсен. У него железное алиби. Но не будем дальше спорить из-за этого, – сказал Утес и повернулся к Дуне. – Как ты слышишь, мы не совсем согласны друг с другом.
– А какое у него алиби?
– Спортзал в центре Мальме. Он тренировался там почти восемь часов.
– Восемь часов?
– Да, он явно фанат тренировок и силен, как… ну, не знаю. Во всяком случае, никому не пожелаю встретиться с ним в темном переулке.
Дуня открыла папку и просмотрела материалы следствия, проведенного два с половиной года назад. Снимки изображали голую женщину, которую прибило к берегу западнее Норреборга к северной стороне острова Вен. Она стояла на четвереньках, привязанная к грузовому поддону.
– Ничего не понимаю. Она была привязана к поддону?
– Да, ее привинтили десятидюймовыми саморезами, – Утес руками показал длину саморезов. – Настоящий ужас. Знаешь, Ингвар был с ней знаком.
– Знаком, не знаком. Это уж чересчур! – сказал Муландер, сидя у компьютера.
– Ну, во всяком случае, они были соседями по кварталу. Кстати, как ее муж? Он по-прежнему живет там же?
– Нет, он продал дом полтора года назад.
– Точно. Это ведь он начал пить и проиграл все деньги в покер по интернету?
– Да, но если ты хочешь дать мне хоть какой-то шанс закончить до выходных, тебе придется закрыть…
– Разумеется. Извини, не буду тебе мешать. – Утес повернулся к Дуне. – Он всегда такой язвительный, когда происходит что-то захватывающее.
– Ты можешь подробнее рассказать об этом деле?
Утес кивнул и увел Дуню подальше от Муландера.
– Это жуткая история. Ее звали Инга Дальберг. Она совершала пробежку в парке Рамлеса Бруннспарк, когда на нее напали и куда-то увезли. К сожалению, никаких свидетелей не было, но мы взяли образцы крови на беговой дорожке. Как видишь, ее ударили в лицо чем-то твердым. – Он пролистал материалы следствия до снимков, изображавших разбитое лицо жертвы. – Вероятно, лопатой или чем-то в этом роде. Следующий пункт, где мы смогли зафиксировать следы, – укромное место среди деревьев совсем рядом с рекой Роон.
– И что вы там нашли?
– В первую очередь больше крови. Но также ее спортивный костюм и несколько тех самых специфических саморезов.
– Это там преступник снял с нее одежду?
– Да, и привинтил на четвереньках к поддону. Ему это удалось, потому что она, наверное, очнулась после удара лопатой и каким-то образом поверила, что выживет, если просто будет его слушаться. К тому же он использовал шайбы, чтобы головки саморезов не проткнули насквозь руки и нижнюю часть голени. – Утес замолчал и покачал головой.
– А что произошло потом?
– Он изнасиловал женщину и сбросил в реку Роон. По словам Косы, нашего судмедэксперта, в ее легких было полно соленой воды. Так что она чудом сумела добраться до пролива, а там ее повернуло обратно.
Без сомнения, типичное для Виллумсена убийство. Тут Дуня была согласна с Муландером. Но даже без сильного алиби она склонялась к мнению Утеса. Бесспорно, Виллумсен – охотник за кайфом, и каждый раз ему надо все больше и больше. Но два с половиной года назад он еще не был способен на такое изощренное и продвинутое преступление. Соверши он такое через два-три года, она бы не сомневалась, что это он.
Ее мысли прервал позвавший их Муландер.
– Ты нашел его? – спросил Утес.
– У тебя, черт возьми, еще меньше терпения, чем у моих внуков в сочельник. Смотрите.
Дуня была рада, что не она задала вопрос, и встала рядом с Муландером, который показал свои записи на бумаге.
– Вот номерные знаки Акселя Ноймана. – Он ткнул указательным пальцем в AF 543 89. – Если исходить из предположения Дуни, что он изменил их с помощью изоленты, легко исправить F на Е, а девятку на восьмерку. Что дает нам три новых номера. – Муландер показал на AЕ 543 89, AF 543 88 и AЕ 543 88. – К тому же пятерка может стать шестеркой, что дает нам еще четыре варианта, – продолжил он, показав на еще четыре номера AF 643 89, AF 643 88, АЕ 643 89 и AЕ 643 88.
– Тогда давайте попробуем задать эти номера в поиске и посмотрим, будут ли результаты, – сказал Утес.
– А я, по-твоему, чем занимаюсь? Господи Иисусе…
– Сколько на это уйдет времени? – спросила Дуня и сразу же пожалела, увидев, как к ней поворачивается Муландер.
– Я не знаю, с какой скоростью работают компьютеры в Дании, но…
