– Пока ничего. Я связался с компаниями, выдавшими кредитки, и попросил их проверить, не было ли трех других кредиток, выданных в южной Калифорнии, с которых в указанный период были бы сняты крупные суммы, но которые не использовались бы ни до, ни после указанного периода.
– А парень с головой, – заметил Черч.
– Небольшое подразделение «Американ экспресс» действительно открыло новый счет для компании под названием «Тремоло продакшн». В киношном бизнесе это обычное дело – открывать для каждого проекта отдельный счет. Так легче отследить, сколько именно денег на проект ушло. Обычное дело также в короткий период времени оперировать огромными суммами, затем свернуть производство и больше никогда не использовать кредитку. Таким образом, подразделение «Американ экспресс» выпустило для служащих новой компании три кредитные карты на следующие имена: Кервин О'Коннор, Максвелл Харпер и Курт Шмидт. Расчетный адрес для всех троих был один и тот же: Калифорния, Оджай, «Мейл экспресс».
– Мальчик мой, – с чувством произнес Черч, – ты можешь со временем стать лучшим детективом Калифорнии. Что они оплачивали кредитками?
– Авиаперелеты, отели, рестораны, аренду автомобилей – в общем, ничего особенного, обычные дорожные расходы.
– А ты уверен, что они не сделали ничего более предосудительного? – спросил Терри. – Ну, может, пошли в агентство по найму киллеров и наняли сразу дюжину? Тогда бы мы могли их арестовать.
– Дело не в том, за что старики расплачивались кредитками, – пояснил Мюллер, – а в том, где они расплачивались. В Хайфе, Белфасте, Афинах, Палермо – то есть их маршруты полностью совпадают с нашей информацией о киллерах.
– Как вы думаете, почему старики оставили за собой целый хвост отчетов? – спросил Черч. – Разве не безопаснее было бы расплачиваться наличными?
Мюллер прищурился, будто ждал этого вопроса.
– Не знаю, сэр. Вот если бы вы вздумали нанять убийцу, сколько денег с собой взяли бы на переговоры?
Все засмеялись, и Черч в том числе.
– Отличная работа, мистер Мюллер. Кстати, раз вы соображаете на порядок быстрее меня, может, поведаете нам, как доказать, что расплачивались с киллерами именно Кеннеди, Барбер и Лебрехт?
– Разумеется, сэр, я об этом думал. Раз у стариков имеются новые кредитки, значит, чтобы их получить, им нужны были новые паспорта. Старики сдали фальшивые бумажки, а через неделю получили новые паспорта с фальшивыми именами. Одно плохо: собственные физиономии они подделать не могли. На фото О'Коннор, Харпер и Шмидт будут выглядеть точь-в-точь как Кеннеди, Барбер и Лебрехт. Так что нам остается только позвонить в департамент иностранных дел, назвать фальшивые имена и запросить копии фотографий на паспорта. Если О'Коннор, Харпер и Шмидт окажутся двойниками Кеннеди, Барбера и Лебрехта, федеральный обвинитель мигом подпишет нам ордер на арест.
– Знаешь, Гэрет, не надо нам выходного – мы с Терри обязательно должны присутствовать при этом историческом событии.
– Расслабься, Майк, – отвечал Черч. – Неужели я допущу, чтобы вы пропустили такую веселуху? Но прежде надо связаться с МИДом.
– Уже сделано, сэр, – отрапортовал Мюллер. – Я прикинул, что не мешало бы ускорить процесс, а федеральное правительство всегда долго раскачивается.
– Спасибо, я тоже об этом наслышан, – усмехнулся Черч.
Домой я ехал, подпевая допотопной записи Пола Анки:
И так шесть раз.
Дома я на двадцать минут отключился, чтобы быть свежее, принял душ, поскреб успевшую проклюнуться щетину и уделил расчесыванию волос целую минуту вместо обычных тридцати секунд.
Я постарался не переборщить в одежде, однако отверг три варианта, прежде чем остановился на своих самых удобных серых брюках, купленных в «Нордстроме», и рубашке от Ральфа Лорена, в бело-голубую клетку. Разумеется, без серо-голубого пуловера тоже не обошлось. Таким образом, из дому я вышел всего на десять минут позже, чем рассчитывал.
По дороге заехав в аптеку на Родео-драйв, я купил дюжину презервативов для себя и подарок для Дайаны. Еле дождавшись, пока обо мне сообщит швейцар и пока лифт доползет до четырнадцатого этажа, я шагнул в заветную дверь и прямо в объятия Дайаны.
Раньше я видел ее либо в розовом, либо в голубом, либо в бежевом – сегодня она была в черном. Раньше я знал, что Дайана прелестна, – сегодня я понял, что она блистательна. Платье было в меру декольтированное и со шнуровкой на спине.
– Дайана, почему ты раньше не надевала черное? – спросил я. – Ты неотразима.
