Валерия становится невольным свидетелем заказного убийства, а из квартиры убитого сотрудника ФСБ исчезают документы, которые имеют отношение к громкому делу о коррупции. Те, кто послал убийц, думают, что она причастна к их пропаже. За ней начинается охота.Девушка растеряна – у бывшей воспитанницы детского дома нет ни кого, кто бы мог ей помочь. Защитник появляется неожиданно.Зрелый, неординарный незнакомец с холодными свинцовыми глазами…
Валерия перед тем, как напялить на голову шлем, долго собирала волосы в хвост на затылке. Непослушные вымытые утром локоны никак не хотели поддаваться и разлетались под порывами ветра. Ещё и поясная сумка сбилась на живот – Лера в спешке не закрепила её как следует.
– Ты чего капаешься?! – зычно крикнула с крыльца пиццерии администратор. – Клиент уже ждёт!
– Сейчас, – девушка справилась с волосами, натянула шлем и включила скутер.
До нужного адреса было недалеко, но она хотела после доставки заправить скутер – наполнить бак на целый день. Сегодня пятница и заказов будет много. Тем более её напарник по доставке изволил взять отгул.
Лера не была местной. Четыре года назад она получила квартиру, как выпускница детского дома. Девушка хорошо помнила этот день… Сам мэр города вручал ей ключи от квартиры. Не новой, но с хорошим ремонтом. Были цветы, и даже собрали толпу местных жителей, пристально рассматривающих новую жиличку.
Валерия была не из числа девушек, решивших после выпуска из детдома завести себе парня, выйти замуж и нарожать детей, чтобы получить материнский капитал. А потом ничего не делать, а сидеть на скамейке около подъезда, пить пиво и болтать с подружками – такими же молодыми мамашами. Ей не нравилось торчать часами в смартфоне, и разгонять свой аккаунт по социальным сетям. Она хотела жить нормально.
Нормально в её представлении – быть максимально независимой. Чтобы не клянчить у мужа денег на безделицу, и целый день возиться у плиты. Чтобы не смотреть на мужа, как на некий придаток интерьера, приносящего в дом хоть какие-то деньги. И за это ублажать его по ночам и терпеть его пьяные выходки, а то и походы по соседкам. Нет! Этого быть не должно в её жизни. Она натерпелась…
Правда, Лера не совсем представляла себе образ своего спутника жизни, и искренне считала, что «сердце подскажет». Только вот что-то, пока не подсказывало. Впрочем, она не торопилась.
Соседки по детдому считали её недотрогой. Валерия ни разу не позволила себе отдаться по прихоти природы, а считала, что близость должна быть только по взаимной любви. Уж с парнями из детдома ей совсем не хотелось падать в койку, хоть девчонки и расписывали это «удовольствие» вдоль и поперёк, да ещё и с подробностями. Лере было неприятно слушать их разговоры и стоны по ночам. Она так и сказала всем.
Соседки обиделись и решили её проучить. Закрыли дверь и повалили животом на кровать, придушив подушками. Лера в бешенстве крутилась, как змея. Не испугалась, и не поддалась. От природы обладая длинными и сильными ногами, вывернулась и, сорвав со спинки кровати изогнутую железяку, дралась, как пантера
Услышав шум драки, воспитатели выломали закрытую дверь. Это Леру и спасло. И больше к ней никто не приставал, а наоборот – сторонились.
Разносчиком пиццы она устроилась почти сразу. Просидев три дня в одиночестве в своей квартире, на четвёртый она позвонила опекуну и пригласила к себе.
– Сергей Евгеньевич, я хочу научиться жить.
Опекун был хорошим дядечкой, понятливым. На подъёмный капитал он помог Лере обставить квартиру и поговорил со своей знакомой – директором пиццерии.
– Ты девушка неглупая, – сказал опекун, приведя Леру к ней. – Смотри, соображай и не делай глупостей. Без большой надобности с людьми особо не сближайся. И языком меньше трепи. Глядишь, и будет тебе счастье…
Лера жила экономно, не тратя заработанные деньги направо и налево на всякие хотелки. Быть всю жизнь разносчиком пиццы не хотелось. Она решила выучиться, но на кого, пока не решила. Не совсем представляла – выбирала, наметив себе рубеж. За это лето она выберет себе место, куда будет поступать.
Парни, конечно, на неё внимание обращали. Симпатичная и приятная девушка привлекала. Вот только размер груди подкачал, да бедра не такие круглые – не дал Бог точёной талии, хотя прямыми ногами и выпуклыми ягодицами не обделил. Но вот с грудью просто беда, хотя как посмотреть. В общем, на бюстгальтерах Лера экономила, но на пляж предпочитала не ходить. Даже напарник над ней подшучивал:
– Лерка, ты мало капусты в детстве ела!
Она только хлопала ему по затылку.
– Зато осанка… Грудь к земле не тянет.
Напарник по доставке Лёшка, был приятным парнем, и даже иногда Лера подумывала – а не закрутить ли с ним легкую интрижку? Как ни крути, а близких отношений хотелось. Как говорили её подружки из детдома – мужика хочется, аж зубы сводит. Но не хотелось абы с кем, лишь бы… Хотелось как-то по-человечески. Ухаживаний, интересных разговоров и нежности. И Лере казалось, что Лёшка на это не способен.
Проехав немного по дороге, Лера завернула во дворы. Деревья наливались зеленью, утренние птахи звонко щебетали, заглушая легкий рокот скутера. У Лёшки друг работал в автомастерской – он и наладил движок её мотороллера.
Петляя между домами, Валерия искала нужный номер дома, и, наконец, нашла. Остановилась, выключила скутер и сняла сумку с пиццей. Присмотревшись, нашла подъезд с номером квартиры заказчика. Чуть задержалась, поправляя поясную сумку.
