«Абсолютно доказано, что человек, оставивший отпечаток на туринской плащанице, — Иисус Христос».
Имеется наготове и «гипотеза» насчет того, «каким образом полотняный саван мог стать чувствительной негативной пластинкой».
«Очевидно, — пишет срочно мобилизованный редакцией «Пари-матч» специалист по фотографии, — тело Иисуса после снятия с креста было облечено в саван, предварительно пропитанный благовонной смесью масла и алоэ. Щелочные выделения пота и крови из тела Христа, смешавшись с маслом и алоэ, пропитали ткань плащаницы. В результате произошла химическая реакция, и саван превратился в своего рода негативную фотографическую пластинку». И «очевидно», что тело было окутано тканью недолго, так как иначе трупное разложение стерло бы следы. Отсюда «вывод» номер два: «тот, кто был снят мертвым с креста и завернут в саван, вскоре воскрес из мертвых!»
Чтобы покончить с вопросом о плащанице, превратившейся в негативную фотопластинку, свободомыслящие французы запросили мнение профессора Пьедельевра. Это один из ведущих судебно-медицинских экспертов Франции. Познакомившись с историей, напечатанной в журнале под редакцией компаньона по бизнесу господ Повелса и Бержье, профессор ограничился саркастическим замечанием:
— На фотографии плащаницы запечатлелись, как я вижу, ярко-красные пятна. Так. Но все дело в том, что засохшая кровь по истечении небольшого промежутка времени изменяет свой цвет на темно-коричневый, а еще позже приобретает зеленоватый оттенок!
И добавил:
— То, что проделывается в «лабораториях», изготовляющих фальшивые сенсации на религиозные темы, должно быть признано величайшим кощунством, прежде всего, с точки зрения верующих. Ничего подобного не мог бы позволить себе ни один честный человек, придерживающийся даже крайних атеистических и материалистических убеждений.
С этим нельзя не согласиться.
Говоря о чудесах, сбываемых сегодня по сходной цене западному потребителю, нельзя не упомянуть хотя бы вкратце о Лурде.
Лурд — место знаменитое! Сто с лишним лет назад мало кто знал об этой захолустной французской деревушке в департаменте Верхние Пиренеи. Но вот 11 февраля 1858 года неграмотная девочка-пастушка Бернадетта Субиру, страдавшая астмой и острым нервным расстройством (галлюцинациями и бредом), поведала, что ей явилась дева Мария. Божья матерь спустилась с неба прямо в поле и повела девочку к ручью, вытекавшему из грота в известковой горе. «Здесь, — сказала Бернадетте божественная посетительница, — пусть поставят часовню и приходят страждущие. Передай это вашему священнику».
Священник горячо принялся за дело, часовня была поставлена, и первой исцелилась, омывшись в ручье, Бернадетта Субиру. За нею последовали другие.
Чудовищная в своем сочетания бреда, эксплуатации больных людей и циничного обмана, эта история подробно описана в знаменитом романе Эмиля Золя «Лурд», и я отсылаю к нему читателя. Сейчас нас будет интересовать современный этап этой, затянувшейся на сто с лишним лет истории. Но, спросят, неужто она еще не кончилась? Нет, конечно.
Сегодня масштабам чудотворного комплекса в Лурде могли бы позавидовать иные промышленные центры Западной Европы и Америки.
В Лурде в 1971 году числилось 330 гостиниц, пропускающих до трех миллионов паломников в год. В десяток вместительных бассейнов мощные насосы днем и ночью качают воду из священного ручья. Механизация на лурдской фабрике чудес продвинулась так далеко, что больные и увечные прямо из железнодорожных вагонов, не становясь на ноги, транспортируются на колесах к бассейнам и гостиницам. Перед погружением в священную воду рекомендуется посетить богослужение в местной церкви, внеся соответствующий взнос. Без посещения, написано в путеводителях, святой дух может не подействовать!
Действовать святому духу приходится в условиях антисанитарии ужасающей.
Корреспонденты американских газет, посетившие летом 1971 года Лурд, писали, что «в часы пик бассейны напоминают зловонную клоаку, где копошатся груды обнаженных тел». Корреспонденты видели там «людей, покрытых отталкивающими язвами и сыпью, — зрелище, от которого тошнит непривычных туристов». И это, восклицает один из журналистов, происходит в конце XX века, и не где-нибудь в дебрях Бразилии, а в просвещеннейшем уголке Европы с ее автомобилями, компьютерами, телевизорами!
Что же касается самих лурдских чудес, то мнения врачей на этот счет сходятся.
«Самое большое чудо, — с горькой иронией замечает врач-гигиенист Оливиери, — то, что больные умирают не сразу после того, как наглотались воды, кишащей микробами и миазмами».
Особенно широко рекламируются хозяевами Лурда, как всегда, те случаи, когда пациенты страдают, например, параличами нервного происхождения. Тут действует самовнушение, о чем уже шла речь в связи с психотерапией шаманов и колдунов. Результаты, однако, получаются чаще всего нестойкие, и болезнь возвращается спустя короткое время.
