Второй Столетней войне давно положен конец. Но завершить ее де-юре должна свадьба отпрысков двух враждующих кланов, приданным на которой станет колье неимоверной стоимости, несущее на себе немалую часть грехов обеих враждующих сторон. Но время течет, место ганфайтеров заняли интеллектуальные аферисты, место кровожадных шерифов – интеллигентные поклонники дедуктивного метода, да и колье призвано послужить отнюдь не примирению потомков тех, кто не гнушался ни чем.
Посвящается сэру Артуру Конан Дойлу, Агате Кристи, Рексу Стауту, Крису Картеру.
А также примкнувшим к ним Даниилу Шиханову и Игорю Пронину.
Отчет об этом расследовании детективного агентства «Бейкер-стрит, 221» стоило бы начать с того утра, когда мы с Кеннеди получили по почте конверт, в котором лежали два роскошнейших приглашения.
Бумага приглашений была очень удачно стилизована под пергамент, исписанный готическим почерком писца. Псевдо-пергаменты приглашали нас на свадебное торжество, долженствующее состояться неделю спустя Ост-Кемпене, штат Иллинойс.
Знакомых в этом городке мы не имели. Но и никакой ошибки с адресом не произошло. Приглашали именно нас. Мистера Кеннеди и доктора Блэкмор. Нет, я понимаю, что в этой стране мы с Кеннеди люди не последние - но звать нас на роль свадебных генералов, по-моему, еще рановато…
Еще можно было бы начать отчет о расследовании с вечера того же дня, - с телефонного звонка, разъяснившего нам смысл загадочного приглашения…
Можно…
Но тогда давние события, во многом предопределившие более чем странный финал свадьбы, останутся за кадром. Поэтому начать мне придется со Столетней войны. Нет, не с той, во время которой по полям грохотали закованные в железо рыцари, а лучники Черного Принца со ста шагов насквозь прошивали их стрелами из добрых тисовых луков, незаконнорожденная дочь короля вела в бой полки, а у стремени ее скакал верный оруженосец Жиль де Рэ - тот самый, которому чуть позже суждено было прославиться в качестве многоженца и пытливого естествоиспытателя, и даже войти в фольклор под ласковым прозвищем «Синяя Борода».
Речь о другой Столетней войне. О второй.
Случившейся значительно позже и значительно ближе - в Иллинойсе. Но, как и первую, вели ее между собой британцы и французы. Вернее, потомки британцев и потомки французов.
А началось всё с сущего пустяка…
СТОЛЕТНЯЯ ВОЙНА - I
Давно и не мною подмечено, что порой события мелкие, случайные и по видимости незначительные, влекут за собой последствия глобальные, несоизмеримые по масштабу с породившими их причинами…
Если бы ранним утром 22 июня 1821 года не задул легкий восточный ветер, если бы тогда стояло полное безветрие или дул ветер любого другого направления - Вторая Столетняя война, скорее всего, не началась бы… Или началась бы, но совершенно иначе, и события ее происходили бы совсем по-другому.
Но вскоре после теплого и тихого июньского рассвета задул и стал помаленьку крепчать именно восточный ветерок. В результате спустя пять дней полковник Илайя Кэппул схватился за грудь, пробитую двумя пулями из «дерринджера», и медленно оплыл под копыта своего жеребца, поводья которого не успел отвязать от коновязи… Так началась Вторая Столетняя война - начавшие ее люди, конечно, понятия не имели, что протянется она дольше века. Они, надо думать, и про Первую Столетнюю не имели представления. Но воевать и Кэппулы, и Монлезье умели неплохо.
… Обоим семействам (вернее, к 1821 году - уже кланам) довелось в свое время пострадать за веру. Кэппулы, в иные времена звавшиеся Кэппуэллами, происходили из твердокаменных шотландских пуритан, сторонников Ковенанта, - и уехали в Новый Свет от преследований безбожных Стюартов. Чистоту веры (и ненависть к посягавшим на нее) Кэппулы соблюли и здесь. Десятилетиями позже, когда представителям их разросшегося на просторах Америки рода довелось участвовать в войнах с канадскими подданными католического короля Людовика, они без раздумий вешали захваченных соотечественников-якобитов, служивших офицерами в армии французского генерала Монкальма…
Но в Новой Англии, в достаточно просторном и уже тогда веротерпимом Коннектикуте, суровые Кэппулы не ужились. Слишком много безбожной швали роилось вокруг - начиная от баптистов и заканчивая моравскими братьями. (Как ни удивительно, даже к некрещеным индейцам Кэппулы относились терпимее, чем к сводным братьям во Христе.) И пуритане в числе первопроходцев-фронтирьеров свершили новый Исход. Двинулись на запад - к Миссисипи и прериям. Мужчины шагали, стиснув ружья и распевая псалмы в размер походных маршей. Женщины и дети ехали в фургонах…
Подыскали землю обетованную пилигримы лишь в Иллинойсе - на восточном берегу реки с многосложным и непроизносимым индейским названием, тут же перекрещенной ими в Клайд-Ривер (так вот и расползалась по карте Штатов европейская топонимика). Впрочем, мужчинам-Кэппулам, умевшим и любившим повоевать, еще пришлось вернуться в Новую Англию во время Войны за независимость - вернуться и показать безбожным ганноверцам, как умеют пуритане стоять под пулями и выдерживать атаки конницы.