Чувствовал он себя хуево. Его разбирало на части. Демоны, что сидели внутри, выжирали его по чайной ложке. Скалились. Они наслаждались его кровью, смятением. Подначивали, толкали в пропасть.
По хорошему, надо отправить Рыжую домой. Сказать, чтобы она больше не приезжала.
Но что-то ему подсказывало, что привозить будут.
Им на неё наплевать. Они её под каток пустят...
А она же девочка! Красива и ранимая.
- Кофе будешь?
Голос Тони заставил Богдана вздрогнуть.
Он порывисто обернулся.
- Буду.
Тоня встала с кровати и направилась к чайнику. Щелкнула его, после чего достала пачку с кофе. Они пили молотый, не растворимый.
Богдан молча наблюдал за её действиями.
Вроде не обиделась. Только нос красный? Или ему хочется думать, что она не держит на него зла.
Под кофе они сели смотреть киношку. Богдан протянул ей пульт.
- Выбирай.
- Выбери ты.
- Выбирай.
Он всучил ей пулы. Тоня вздохнула и начала щёлкать каналами. Не то и снова не то. Ей явно ничего не нравилось. Но то, что она не остановилась на первом встречном, проявив безразличие внушало оптимизм.
Богдан пытался дышать по квадрату. Хоть как-то успокоиться.
Бесполезно.
Выругавшись, он снова встал и присел на корточки перед Тоней. У Рыжей снова мгновенно распахнулись и от щек, кажется, вся кровь отхлынула.
Богдан выругался повторно, но всё-таки сказал то, что собирался сказать.
- Тонь, давай займемся петтингом. У меня крыша едет. Я не могу... Я клянусь, не трону тебя. Не буду туда залезать далеко.
***
Тоня много чего слышала от Артамонова. И что он с ней сделает. И как. Иногда его слова всерьез пугали её. Но в большинстве своем она знала, что ничего подобного не будет.
Хотел бы - сделал. Чуйка что ли у неё на него срабатывала. Да, было мерзко, обидно. Кто бы только знал, как он её доставал!
Но она его знала многие годы.
А Даров...
Он же незнакомец.
«Армейский»...
Он воевал! Он убивал людей! Может, и пытал...
Во рту пересохло.
Она старалась абстрагироваться от страшных картин, что одна за другой мелькали в голове.
Она похвалила себя, что не шарахнулась назад, не заистерила.
Что он говорил?
Петтинг?
И...что далеко не будет залазать туда?
Туда?!
Далеко?!
У Тони от услышанного голова едва не взрывалась. Ахренеть. Просто ахренеть. Слов нет.
А если есть - то матом.
Но и это ещё не всё.
Были ещё его глаза. И выражение лица.
Он смотрел на неё так, точно от её ответа зависела его жизнь или, по крайней мере, его психологическое состояние. На неё смотрели глаза безумца. В них горел уничтожающий всё вокруг огонь. Он пылал! Разгораясь всё сильнее.
От его широкоплечей фигуры волнами исходила скрытая агрессия. Тоня, естественно, знала, что мужчины через секс снимают напряжение. Эту информацию самым что ни на есть важным образом откуда только не вещали! Начали с телевизора, потом подхватили глянцевые журналы, а теперь телеграмм и другие мессенджеры. А как же! Мужчина всегда должен быть сыт, одет и снова сыт в сексуальном плане. Тогда и жизнь будет прекрасна.
Богдан Даров сидел в СИЗО частично из-за неё.
Она должна его отблагодарить? Так получается?
Тоня тяжело сглотнула. Слюны во рту почти не было.
- У меня месячные должны прийти. Сегодня-завтра, - краснея, выдала она и сразу же отвесила себе мысленный подзатыльник.
Шикарные у них сегодня разговоры выходили. Душевные!
- Но сейчас их еще нет? - медленно, явно о чем-то своем думая, уточнил Богдан.
Боже.
- Нет, - подтвердила она, краснея ещё сильнее. - Поэтому в спину и стреляет. Вернее, в задний...
Она резко замолчала, прикусив нижнюю губу. Молодец, Тоня! О всех подробностях девичей физиологии с парнем поговорила!
- Я понял, - он и не думал отступать назад.
Напротив, пошел дальше. Положил руку ей на колено. Место соприкосновения зажгло.
Кто там говорил про платье? Хрен она его наденет! Ни за что! Ни под каким предлогом! Богдан продолжал на неё смотреть и слегла ощутимо гладить пальцами.
- Я повторюсь... Я не трону тебя. Не возьму насильно. Тонь, если бы я был насильником, я бы трахнул тебя в первый же день, когда ты приехала...
- Когда меня привезли, - поправила она его, хмурясь.
Сердце взрывалось в груди. Снова и снова.
- Ок. Когда тебя привезли, - подтвердил очевидное Даров, поморщившись. - Тоня, ты мне нравишься. Чертовски. Ты мне понравилась ещё там... в кафе. Или в универе. Да не важно, на самом деле. Я хочу по-хорошему... Ты и я.
По-хорошему...
Ты и я.
У Тони словно часть мозга атрофировалась. Она никак не могла осмыслить услышанного. Приходилось повторять про себя.
Богдан признался, что она ему нравится. Для неё это не оказалось сюрпризом. Он когда-то предлагал ей помощь. Едва ли не защиту.
С ума сойти.
Эти события были точно в другой жизни...
- Но меня реально рвет, Рыжая. Сама заметила... Херню несу от спермотоксикоза.
Он криво улыбнулся, как бы намекая, что не всё ещё с ним потеряно.
Как весело.
Тоня изнывала от жажды. И не скажешь, что недавно кофе пили.
Она инстинктно облизнула губы и тотчас взгляд Богдана метнулся к ним. Его рука на её коленке тоже отреагировала - сжала сильнее.
Он, как маятник, был настроен на неё.
Она судорожно кивнула.
- Хорошо, Богдан... Давай попробуем, но...